Елена Крюкова "Музыка обнимает меня..."

Дата: 12 Апреля 2023 Автор: Крюкова Елена

Беседа Елены Крюковой и Ольги Таир

 

Разговор двух литераторов - это всегда интересно. Личностный портрет наиболее ярко и рельефно пишется в свободном общении, где мысль то улетает за горизонты воображения и творческих планов, то вызывает в памяти наиболее значимые события жизни, то вспыхивает внезапными образными находками, эмоциональной импровизацией, то анализирует произошедшее и пытается проникнуть в будущее.
Такова и эта беседа. Елена Крюкова живет в Нижнем Новгороде, Ольга Таир - в Новозыбкове. Расстояния нет, если речь идет о творчестве, книгах, новых проектах, любви, красоте, о счастье жить...


 


 Ольга Таир:
- Елена, рождение книги всегда тайна, и пишутся они по-разному... У каждой своя история появления на свет. Книга - концентрация наших мыслей и чувств, попытка остановить или предугадать время. Часто мы, писатели, видим своих героев живыми и настоящими, как кадры уже снятого фильма. А бывает так, что к их видению, к ощущению того, как они будут жить и действовать в произведении, мы идём долго и трудно. Какая из изданных в 2022 году книг далась тебе сложней всего, и почему?

 
Елена Крюкова:
- Оля, вот думаю... В прошлом году вышли в свет четыре моих книги. "Терминал", "Волчьи песни" и "Знаменный распев" - стихи. И "Раскол" - роман.
Трудно было создавать "Раскол". Тут меня ожидала тяжесть сюжетного соединения времён, перекличек пространства-времени. Как ни странно, мне легко было нырнуть в музыку архаического языка - книга написана языком семнадцатого века, причем рифмованными фразами и ритмизованными периодами... "Раскол" такая древнерусская симфония, оратория, она плотно и многоголосно звучащая, в тексте всё звучит - огромные движущиеся пласты Времени, сердца героев... Я видела "Раскол" как монументальное произведение. Несмотря на достаточно жёсткую композицию, показ ситуаций, героев и положений внутри четырёх больших текстовых фресок, с Временем в "Расколе" я обращаюсь свободно. Мне важно было не привязать все происходящее к банальной хронологии, а лететь над причинами и следствиями в мире некоего мистического сверхсюжета. Это вещь одновременно и сюжетная - узнаваемы герои, узнаваема эпоха, - и в то же время бессюжетная: меня всегда притягивали с одинаковой силой магнит мощного образа (Раскол - такой мегаобраз, не только для русской истории, но и для историй многих стран, и для современности тоже...) и гравитация языка, его музыки, чуда его звучания. Древняя поэзия, древние летописи, апокрифы, челобитные, заговоры такой музыкальностью обладали. Я захотела к ним вернуться. И переосмыслить, и заставить звучать - через струны моей собственной души...
А герои "Раскола" нам хорошо знакомы по историческим хроникам: опальный протопоп Аввакум, его жена Настасья Марковна, боярыня Федосья Морозова, царь Алексей Михайлович, патриарх Никон... Они удивительно созвучны сегодняшним социальным процессам. Семнадцатый век расколол Русь. А те драмы и трагедии, что мы переживаем сегодня, как в зеркале, отражаются в давнем Расколе.
Трудно рождались и "Волчьи песни". В этой книге стихотворений три образные линии, три пространства, и все три серьёзные, эмоционально нагруженные: пространство скоморохов, пространство борьбы с насилием - кстати, один из ключевых вопросов внутри современного общества... и демиургическое пространство "герой - его двойник". Тема двойника - архетипическая тема мировой культуры. Это шаг в мифологию. Художник превращает трагедию в искусство. Я тоже попыталась это сделать.
И, как ни странно, легче всего, на выдохе, на светлейшем чувстве радости жизни писались "Терминал" и "Знаменный распев". Хотя обе композиции касаются фундаментальных вопросов бытия: смерти и веры.
 
Ольга Таир:
- Я знаю, у тебя существует Театр Елены Крюковой. Что это? Как он живёт? Ставишь ли ты на сцене свои книги? Это книги прозы, или на сцене обретают новую жизнь и твои стихи? Это только моноспектакли, или ты привлекаешь к постановке других актёров? Помню, по роману «Русский Париж» ты делала спектакль в Артфонике в Нижнем Новгороде. Расскажи, в каком формате этот спектакль проходил? Кто ещё с тобой выступает?
 
Елена Крюкова:
- Театр Елены Крюковой, авторский театр, существует, как пространство моноспектаклей по моим книгам - стихам и романам - с 2012 года. Началось все с постановки спектакля "Ксения" - по роману "Юродивая" и по книге стихотворений "Ксения". Я написала сценарий, в спектакле читала фрагменты из обеих книг, а со мной выступал этно-оркестр Олега Аронова, совершенно уникальный коллектив, ребята там играют на экзотических музыкальных инструментах, и ударных, и духовых, и струнных, я не знаю даже многих названий... Спектакль был "двухсерийный" - шёл два дня по два часа. Друзья записали его в формате нескольких видео, разошёлся диск... несколько записей осталось на Youtube.
После этого я делала "Ксению" ещё несколько раз, в разных залах - запомнились спектакли в Печёрском монастыре в Нижнем Новгороде, в Пушкинской библиотеке Балахне, в Музее керамики в Богородске...
Поставила "Коммуналку". Поставила "Империю Ч". Поставила "Страсти по Магдалине". Показывала много раз - и в разных городах - моноспектакль по семейному роману "Старые фотографии": его видела публика Москвы, Нижнего Новгорода, Балахны, Богородска, Уфы, Челябинска, Дзержинска, и его любят и ждут и просят с ним приехать... Поставила на сцене романы "Солдат и Царь", "Земля", "Иерусалим". "Русский Париж", да, хорошая получилась постановка, совместно с нижегородским театром "Инверсия", и помогала мне актриса Полина Зырянова: она удивительно красиво и стильно двигалась на сцене, создавая движением, пластикой, пантомимой непередаваемую атмосферу Парижа. У нас там и музыка прекрасно подобрана: мы сделали акцент на мелодиях модного в то время танго - конец 1920-х, 1930-е годы... Мы с Полиной на сцене, волею искусства, оказывались среди русских эмигрантов первой волны, страдали и радовались вместе с ними...
Недавний спектакль по книге "Иркутский рынок" мне помогли сделать два музыканта Нижнего Новгорода - композиторы и певцы Светлана Дьякова-Пронина и Юрий Пронин. Звучат стихи, лирические песни, частушки, воссозданы картины яркой зимней Сибири, времени, России, жизни народа. И еще: на "Иркутский рынок" уже написана симфония-оратория Юрии Пискуновой, замечательного композитора из Новосибирска; может быть, мы её поставим в театре большим спектаклем, с музыкантами, оркестром и солистами, актёрами-чтецами. Мы к этому идём. Дай Бог!..
А я сама всё время пою песню Светланы Дьяковой-Прониной на мои слова из "Знаменного распева":

 

 ...и во храме пред тем стариком на колени
Я встаю, посередь заревых песнопений,
Многоликого хора, толпы моей кровной,
Деревянная церковь, тяжёлые бревна,
Светозарная роспись, рекой льется фреска,
Мой ты бакенщик, бедный рыбак, где же леска,
Обвяжи нас, Господь, Твоей сетью насущной,
Я лишь рыба Твоя, во народе плывуща,
Я лишь свечка Твоя, блюдо паникадила,
Я сандалья Твоя, я с Тобою ходила
Вдоль по нашим снегам, по чащобам печальным,
Дай мне нынче во храме кулич Твой Пасхальный,
Кус мне радости дай, что для всех, для народа,
Для любви, для ее непостижной свободы.

 
Ольга Таир:
- Ты побывала на Кавказе, в Дагестане, в 2022-м году. Чем тебе запомнилась эта поездка?
 
Елена Крюкова:
- Повод поехать был более чем радостный - я лауреат литературной премии имени Салиха Гуртуева. В Махачкале нас встретила Миясат Муслимова, прекрасный дагестанский поэт. Дивная Миясат была для нас всех добрым ангелом Дагестана, творцом премиального пространства, гидом-экскурсоводом, радушной хозяйкой, всем на свете... и, конечно же, все читали стихи! Поэзия, музыка, песни - да, таков Дагестан, земля, что меня совершенно очаровала. Дагестан незабываемый. Море, горы, виноградники, стихи, светлейшей души люди - настоящее волшебство. Я хотела бы оказаться там ещё раз... и сделать что-то хорошее, творческое, полезное для моих дагестанских друзей. Всё в жизни неслучайно, и моя встреча с Дагестаном и его поэтами неслучайна. В каком ещё городе мира есть Дворец поэзии?.. А в Махачкале - есть!
И, когда засыпаю, часто перед глазами плещется удивительное море, нежно-зелёное, прозрачная тёплая волна накрывает с головой... незабываемый Каспий...
 
Ольга Таир:
- Прозаик, поэт творят внутри своего народа, о народе и для народа. У тебя есть, среди работ последних лет, одна книга, которая невольно и сильно притягивает внимание людей - потому, что она, несмотря на твою индивидуальность и твои творческие узнаваемые интонации, получилась воистину народная. Ты уже о ней сейчас сказала. Сибирь... частушки... любовь... звёздное небо... чувство Родины... история... наше сегодня... будущее время... Всё это есть в этой твоей работе, и всё это очень близко каждому человеку. Будет ли написана когда-нибудь книга стихотворений, подобная «Иркутскому рынку»?
 
Елена Крюкова:
- Художник никогда не загадывает. И каждая книга уникальна. Ничего нельзя повторить. Потому что ты, в другое твоё время, уже живешь другой жизнью. И твоя страна живёт другою жизнью. "Иркутский рынок" родился потому, что я в сердце носила всю жизнь, после отъезда из Сибири, где прожила несколько лучших своих лет, неумирающую, быть может, бессмертную к ней любовь. Конечно, я в "Иркутском рынке" писала и пережитое мною время. Время, которого уже нет, оно ушло. Но оно осталось в моих строчках - для людей, во имя людей. Если и правда так, и людям стала дорога эта книга - прекрасно!.. Я рада.
А что будет завтра, не знает никто...
Я бы хотела, в будущем, написать лучшее, сильнейшее произведение. Мечта всякого человека - идти вперёд. Каждая моя книга не похожа на предыдущую. Я не преследую цель быть народным поэтом или элитарным писателем. Вообще никакие социальные цели не преследую. И у меня нет целевой аудитории, я не коммерческий автор. Я художник, а художнику, если честно, всё равно, кто и что о нём скажет и кому он понравится. Он делает, страстно, любовно, с полной отдачей, то, что он задумал, что ему суждено. К чему он чувствует себя призванным. И потом его вещи находят дорогу к читателю, зрителю, слушателю. Это может случиться не сразу, а через много лет. Или даже не случиться никогда. Такое тоже бывает. "Нам не дано предугадать, как слово наше отзовётся", - сказал Фёдор Иванович Тютчев. Так всегда было, и так будет. Это незыблемый творческий закон.
 
Ольга Таир:
- Идеальная встреча с читателями – какая она?
 
Елена Крюкова:
- Все встречи разные. Разные люди. Разные настроения аудитории. Разные вопросы. Разные прочитанные книги. Я люблю всё неидеальное. Я вообще люблю всё неправильное! Человек, с детства дерзкий, идущий туда, куда никто не ходил, малым ребёнком слишком взросло и полно чувствующий... в том возрасте, когда другие дети читают букварь, я читала "Марию Стюарт" Цвейга и рассказы Куприна, "Ромео и Джульетту" Шекспира и "Каменного гостя" Пушкина. Поэтому я приветствую всё непредсказуемое, всё, что выламывается из традиционных, заданных рамок. Я могу просидеть и проговорить с одним человеком - с одним читателем - много часов кряду, открывая ему душу. А вот передо мной полный зал. И от меня ждут отнюдь не многословных исповедей. От меня ждут яркого концерта, где будет много стихов, песен и музыки и мало слов. Ну да, наверное, так и есть - идеальная аудитория, идеальная встреча - это концерт, спектакль. Искусство.
 
Ольга Таир:
- Твой роман «Беллона» очень актуален. Самые важные идеи этого произведения - о чём они?
 
Елена Крюкова:
- "Беллона" - о детях войны. Великой Отечественной войны. Роман против фашизма. Это и есть кардинальная его идея. Дети и война - разве это совместимо? У Пушкина в финале "Моцарта и Сальери", одной из его "Маленьких трагедий", Сальери, уже насыпав яд в стакан Моцарта и попрощавшись с ним, после его ухода задумчиво говорит эти знаменитые слова: "Гений и злодейство - две вещи несовместные". Меня, когда я писала "Беллону", навылет пронзил этот громадной силы образ - ребёнок и танк перед ним. Дети войны в книге говорят с нами. Мы слышим их голоса. Вот ещё одна идея - мысленно услышать и записать то, что говорят тебе дети, живущие внутри войны, а не что ты сам придумал, сочинил в спокойной и комфортной обстановке. Услышать голос подлинного страдания. И заплакать над ним настоящими слезами. И спасти того, кто страдает - если его ещё можно спасти. Целиком окунуться в то трагическое, легендарное время...
Антивоенный, антифашистский роман... его часто называют романом-симфонией. Ну вот никуда я не дену свою судьбу музыканта! Музыка течёт в моей крови. Когда пишу книгу, в особенности большую, работаю над крупной формой, музыка мне помогает, она обнимает меня, весь текст живоносным воздухом. Распахивает просторы и горизонты.
 
Ольга Таир:
- Открой тайну: над какими книгами сейчас работаешь?
 
Елена Крюкова:
- Исполняю мечту. Как всегда. Точнее, несколько мечтаний. Скажу о самой последней, новейшей работе - о книге "Лазарет". Прототипы героев - святитель Лука (Войно-Ясенецкий) и Николай Амосов, два великих хирурга: их памяти книга посвящена Это книга-портрет ХХ века, книга с мотивами пророчеств, два героя - друзья-враги. Дух, душа, тело... Как они соотносятся? Что такое человек? В каких он отношениях с Богом и Временем?
Я сделала, написала эту огромную фреску - и окунаюсь в стихи. Задуманы две книги стихов, сделаны эскизы... работаю!
После стихов, летом, вернусь к прозе. Языческая, солнечная, праздничная, большой мифологической силы вещь! Будет произведение с ярким, просто ослепительным героем. Мне очень не хватает в современном искусстве Героя - именно такого, с большой буквы. И очень не хватает праздников! И нашей древности, обычаев наших родных, обрядов, язычества, воли, солнца! Вот такая это будет вещь. Древняя - и современная. Героическая - и лирическая. Остросюжетная - и нежная.
Следом за ней, до конца года, сделаю две работы: одну - о будущем (о!.. это супермечта), другую - абсолютную лирику, и пока не буду даже говорить, что это, это и правда большая тайна, ибо в этих новых текстах прозвучит мой мечтаемый новый шаг, новая нотопись, новая моя партитура будет, совсем новая музыка. Но я шла к ней давно. И ощущала, слышала её давно. Я порой долго иду к результату. Конечно, есть такие вещи, которые экспромтом, резко вспыхивают, как Сверхновая, и только их лови и пиши. Но есть и выношенные, выстраданные. К роману "Солдат и Царь" я шла, к примеру, двадцать лет. А "Евразия" родилась спонтанно, вдруг, одномоментно, взрывом!

 
Ольга Таир:
- Прочитай, пожалуйста, из своего самого нового, что хочешь... из "Лазарета"...
 
Елена Крюкова:
- Хорошо... Вот маленький фрагмент фрески второй "Лазарета" - "Южная стена".

...Среди ночи меня под руки, как Царя, отвели в мою избу. Я задирал голову и глядел на звёзды, пока мы медленно шли, перебирались через наметённые за вечер сугробы. Звёзды походили на маленьких серебряных птичек. Они беззвучно щебетали. Там, немыслимо высоко, в запредельной дали. Никогда мы там, человеки, не будем. Никогда не поглядим на звёзды вблизи. Что есть звезда? Сестра нашего Солнца. Так же пылает, так же тебя жжёт, и сожжёт, если близко подлететь.
Завернул сильнейший мороз. Если и жили в Саблине птицы, они все умерли. Все валяются в снегу окоченелыми комочками. А человек идёт. Ещё бредет. Ещё и на свет рождает человека. Нет предела жизни, кроме смерти одной. Смерть свята. Она Матерь. Она полуночная скорбная Богородица: уводит нас за руку от Мiра людей в небесный Мiръ. Дул ветер, обжигал нам лица: хозяину, он шел праворучь меня, легконогой старухе леворучь, закутанной во тьму платков с кистями, и мне. Я понимал: сейчас отморожу щеки. Вырвал у хозяина из-под цепкой рукавицы руку и закрылся рукавом.
- Што?! Морозяка заел?!
- Да ветер! - выкрикнул я из-за руки.
- Сивер дуеть! Злой!
Мы уже подходили к моей избе.
- А не страшно тут тебе, батюшко?!
Хозяин орал как на пожаре.
Сквозь вой ветра мало что было слыхать.
- Нет! А кого тут бояться!
- Ну! Есть ково! Волков! Ай белах медьведёв! С моря прийдуть!
Я весело махнул рукой.
Вошел в избу. Запер дверь на задвижку. Выдохнул. Пар заклубился, я стоял в клубах густого сизого пара, как лошадь среди метелицы. Чего ради мне бояться? Из озорства, а может, из упрямства я вернулся к двери и открыл её изнутри.
Лёг спать в одежде. Не мог согреться. Надвинул треух на лицо. Дышал в него. Молитву читал. Винно-красное личико младенца, его сперва узко-раскосые, потом вдруг широко раскрытые, иконно-круглые глаза так и стояли передо мной...
 
Ольга Таир:
- Спасибо... Хочется прочитать книгу...
 
Елена Крюкова:
- Да, в ней много всего происходит. Она и сюжетная, и философская, и приключенческая, и духовная. Я рада, что она родилась на свет...
 
Ольга Таир:
- Лена, дорогая, спасибо, хорошо побеседовали. Такой разговор может пойти на пользу не только нам с тобой. Всегда интересно побывать в мастерского писателя. Ждем твои новые книги! Радости тебе и вдохновения!

 

Перейти в архив


Оценка (0.00) | Просмотров: (228)

Новинки видео


Другие видео(192)

Новинки аудио

Елена Крюкова "Обнаженная натура"
Аудио-архив(210)

Альманах"Клад"  газета "Правда жизни"  Книги издательства РОСА
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход