Привет от Франца-Иосифа

Дата: 4 Декабря 2017 Автор: Калуцкий Владимир

Знакомый собиратель показал серебряную австрийскую монету начала ХХ века. Недоуменно спросил меня - как она могла оказаться в старом домике на окраине Бирюча, за тысячи верст от Австро-Венгрии? И я попробовал объяснить - как?

Для этого нам надо вернуться к годам первой мировой войны. Весной 1916 года на стол Начальника Воронежского губернского управления лег донос мещанина города Бирюч Авдея Михайличенко того содержания, что купец Лейба Гайгер тайно собирает золотую монету. 

А надо вам напомнить, что, с началом войны, Государь запретил золото и серебро к прямому обороту. И налицо был сигнал о явном государственном преступлении.

Разбираться по сигналу из Острогожской квартиры отправился штабс-ротмистр Кравцов - заместитель Начальника Губернского жандармского управления по Коротоякскому, Острогожскому, Бирюченскому и Валуйскому уездам. Рузельтатом его поездки стало пухлое "ДЪло", хода которому он, впрочем, не дал, изящно оправдав подозреваемых. Об этом - чуть позже. А пока расскажу, что обнаружил Кравцов. Но прежде - еще одно маленькое отступление.

Надо сказать, что Лейба Менделев Гайгер был фигурой в губернских купеческих кругах известной. Он еще в молодости перешёл в православие, стал Львом Михайловичем, и поселился в Бирюче. То было время, когда евреи могли жить лишь за чертой оседлости. То есть - по самому западу империи и в губерниях Царства Польского.

Но надо помнить, что в тогдашней России не было разделения людей по нациям. Подданные делились лишь по вероисповеданиям. И стоило любому иноверцу заявить о переходе в православие, как он тут же превращался в русского. Такой переход всячески поощрялся. Причем евреи, сделавшие такой шаг, получали 30 рублей серебром в награду.

Принадлежность к православию давало много преимуществ. Например, в армии лучшими офицерами считались русские и татары. А вот Отдельный Корпус жандармов состоял исключительно из православных. И царскими Наместниками в туземных окраинах были только православные. И в Университеты был ценз для иудеев. Но стоило еврею принять православие - и он мог запросто стать академиком.

Так вот наш Гайгер ходил из веры в веру, как из комнаты в комнату. В Бирюче Лев Михайлович обзавёлся семьей и со временем набрал силу, как ведущий городской купец. А когда, в 1907 году, вышел царский Манифест о даровании свобод, и черта оседлости пала, он вернулся к вере праотцов и опаять стал Лейбой Менделевым.

У него было два сына - Михаил (Моисей), калека Евгений (Энусиэль) и дочь, старая дева Соня. Когда Михаила призвали, то на медицинской комиссии он выставил за себя больного человека, и тем избежал фронта. Это выяснил Кравцов.

Еще жандарм записал, что Гайгеру  удалось спровадить дочь замуж за путейского инженера из Алексеевки Шапошникова. Инженер женился, по сути, на деньгах. (Уходя за рамки жандармского расследования, добавлю, что у супругов Шапошниковых родился мальчик, у которого самого потом родилась девочка. И эта девочка стала мамой будущего президента России Медведева).

И вот этот Лев-Лейба был председателем городского Общества помощи пленным австрийским офицерам.

Ах, да, я забыл вам сказать, что во время той войны пленные немецкие и австрийские солдаты содержались в лагерях, а офицеры могли снимать квартиры. Причем, они получали посылки, имея право принимать у себя жен и других родственников. И вот городское Общество Гайгера и помогало австриякам - а в городе жили они - налаживать быт.

Тогда же здесь работал государственный Комитет помощи беженцам .Его возглавлял отпрыск старинного купеческого рода, удачно избегавший фронта ,подполковник Тебенихин. Тогда из западных губерний, а тем более - из оккупированных - потоками в глубинную Россию перемещалось православное население. Комитет помогал им деньгами и документами.

И вот что выяснил Кравцов. Среди пленных австрияков возникло два течения. Одно возглавлял чех Клоимент Пташек. Он представлял тех офицеров, кто хотели остаться в российском подданстве. И второе крыло, представленное фельдкуратом Отто Кемпке. Эти предпринимали попытки бежать из плена на фронт.

Короче, не стану вас загружать деталями "ДЪла". Жандарм Кравцов выяснил, что два центра - помощи офицерам и помощи беженцам, как бы срослись. За деньги пленных Гайгер покупал у подполковника Тебенихина подданство для чехов.

А через зятя, путейца Шапошникова, за их же деньги, организовал побеги австрияков по железке за линию фронта. Но, поскольку прямых доказательств тому искать жандарму было некогда, он сосредоточился на основном предмете доноса - накоплении Гайгером запретного золота и серебра. И тут офицер проявил изрядную сноровку. При понятых провел у Гайгера обыск, и нашел во множестве и золотые царские рубли, и серебряную австрийскую монету. Преступление было налицо. По законам военного времени Гайгера надлежало предать военному суду. Тут никаких сомнений. Но.

Кравцов изящно вышел из положения. Можно лишь догадываться, во что городским воротилом обошлось это его решение, но штабс-ротмист записал,что Гайгер не копил, а.... коллекционировал изделия из золота и серебря! А коллекции идут по другой статье. Они конфискации или передачи другим лицам не подлежат. Жандарм так и записал: "Имеется коллекция в виде золотого изделия весом в 1 пуд, 16 фунтов и 44 золотника и изделие из серебра весом 7 пуд, 30 фунтов". Попробуйте сами разделить эту тяжесть на вес монет, и вы поймете, обладателем каких сокровищ был Гайгер.  Возможно, и та монета, что показал мне нынче собиратель - из той же коллекции Гайнгера. Возможно, принадлежала она немцу Отто Кемпке. Или чеху Клименту Пташеку. Или кому-то из их родных, приехавшис навестить своих солдат в жутком русском плену. Всё возможно.

Перейти в архив


Оценка (0.00) | Просмотров: (319)

Новинки видео


Другие видео(85)

Новинки аудио

Сиреневый вечер. музыка и исполнение - Сергей Красоткин, стихи Ольги Шушковой
Аудио-архив(98)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход