Занятия кустарными промыслами среди курских крестья

Дата: 2 Августа 2016 Автор: Мухина З.З., Пивоварова Л.Н.

 Из мнографии "Курские крестьяне в пореформенной России (вторая половина XIX – начало ХХ века)" 

 http://goo.gl/8OngyE   купить книгу можно здесь

 

     Особое место в хозяйственной деятельности крестьян Курской губернии наряду с земледелием занимали народные промыслы, обычно как подсобное занятие при основном, сельскохозяйственном производстве, удовлетворявшие потребности сельского населения в предметах бытового обихода. «Некоторые в придачу к земледелию занимаются каким-либо ремеслом: один башмашник, другой кузнец, третий столяр, печник, слесарь, мельник и пр., но занимаются этим урывками в свободное время», сообщает корреспондент Этнографического бюро. Ремесленники работали в пределах своего села и окрестных деревень, реже волости. В конце 1860-х – 1870-х годов в селах Курской губернии стали развиваться кустарные промыслы. Толчком к этому послужило малоземелье, все увеличивавшееся в связи с ростом населения, недостаточная доходность земледелия, наличие в зимний период свободного от сельскохозяйственных работ время и политика государства, направленная на поощрение кустарной промышленности.

      Крестьяне занимались местными и отхожими промыслами. Местные промыслы большей частью были традиционными и культивировались издавна.  Ими занимались преимущественно в осенне-зимнее время. По Курской губернии на местные промыслы приходилось 90% кустарей-производителей. Отхожие промыслы были связаны с уходом крестьян на заработки на чужой стороне.

      Крестьяне южных и западных районов Курской губернии занимались чаще всего организованными промыслами, в результате чего имели прочно установившиеся заработки, а в северных и северо-восточных частях занятия промыслами были эпизодическими. Наиболее привержены были к занятиям различными промыслами крестьяне Курского, Белгородского, Грайворонского, Дмитриевского, Корочанского, Льговского, Новооскольского, Обоянского, Путивльского, Рыльского, Старооскольского, Суджанского, Фатежского, Щигровского уездов. Особенно активно участвовало население в различных кустарных промыслах там, где этому способствовали уездные земства.

       В Курской губернии в начале ХХ века существовал 21 промысел. Основными видами кустарных промыслов были кожевенный, деревообрабатывающий, ткацкий, веревочный, гончарный. Часть продукции домашних промыслов, таких как сукноделие, изготовление телег, деревянной и глиняной посуды, ткачество, вязание, бондарный, скорняжный, кузнечный промысел – удовлетворяли собственные нужды крестьян.

       В начале 1890-х годов на рассматриваемой территории было 15 477 кустарей, работавших на дому и в мастерских. Мастерские представляли собой небольшие предприятия по обработке продуктов сельского хозяйства и изготовлению предметов бытового обихода. В конце XIX в. в некоторых селах возникло крупное кустарное производство, развившееся из местного ремесла. В ежегодных отчетах курского губернатора императору отмечалось, что кустарные промыслы находятся в губернии в слабом развитии. Тем не менее, поставка продукции на рынок способствовала наполнению семейных бюджетов. Так, например, за 1892 год промыслы дали кустарям 100.000 р. заработка, что стало им хорошим подспорьем в тяжелом положении населения. В 1900 г., по сообщениям уездных исправников, кустарными промыслами занималось уже «19 775 человек, которыми в общем было заработано 1 242 835 руб. По сравнению с данными за предыдущий год число кустарей увеличилось на 4 853 чел., а общая сумма заработка увеличилась почти на 50%».

      Кустарные промыслы на исследуемой территории имели гендерную направленность.
      Мужчины были заняты главным образом в кожевенно-сапожном, деревообрабатывающем, гончарном производстве, валяльном промысле.
По влиянию на благосостояние населения первое место занимал кожевенно-сапожный промысел. Н.А. Добротворский указывал на этнографические истоки этого промысла: «… можно с большей или меньшей степенью достоверности сказать, что промысел принесен сюда первоначальными заселенцами края – казаками, украинцами и литвинами, которые стали заселять нынешнюю южную часть Курской губернии с самого начала ХVII столетия». Наиболее распространен был этот промысел в Белгородском, Грайворонском, Новооскольском, Старооскольском, Суджанском, Корочанском, а также в Курском, Рыльском, Путивльском уездах. 

       Селились кожевенники обычно близ воды. Грязная и вредная для здоровья работа проводилась у зажиточных крестьян в особых местах, у бедных – в жилой избе. В 70-е годы ХIХ века сельское кожевенное производство обогнало городское. Известно, что в 1887 году кустари Новооскольского земства должны были поставить 5000 пар сапог для армии.  Позже Новооскольское земство организовало мастерскую и осуществило подряд военному ведомству на 15 000 пар сапог. В 1889 году в Новооскольском уезде в разных селениях уже насчитывалось 62 небольших кожевенных завода, годовой оборот которых по изготовлению кож и сапог простирался до 237 000 р., а овчин и полушубков до 40 000 р. В этом же году овчин и полушубков было сбыто на сумму 446 000 р.. Этот промысел развивался не только в Новооскольском уезде, но и в Курском, Белгородском, Грайворонском, Новооскольском, Старооскольском, Корочанском, Рыльском, Путивльском и в Суджанском уездах. В 1889 году Министерство командировало в Суджанский уезд специалиста по кожевенному промыслу. Он в течение 6 месяцев проводил показательные опыты по выделке кож на земском кожевенном заводе в Мирополье. По указанию специалиста этот завод был снабжен всеми необходимыми принадлежностями и инструментами. В 1890 году миропольские кустари Суджанского уезда хлопотали о взятии подряда на поставку сапог в войска для солдат русской армии. «Земство охотно разрешило им ассигновку до 3000 р. – ссуду для образования сапожной артели с целью ведения подряда на артельных началах, как более выгодных». В конце ХIХ – начале ХХ вв. кожевенный промысел давал крупный заработок нескольким тысячам кустарям – сапожникам, работавшим при посредстве земства на военное производство.

      В 1895 г. по инициативе земства в селе Орлик Старооскольского уезда была открыта кустарная сапожная мастерская, которая в том же году заключила контракт с Московским окружным интендантским управлением на поставку 5 тысяч пар сапог из казенных материалов по цене 1,45 руб. за пару. Перед русско-японской войной интендантство предоставляло земству подряды на 15 тысяч пар сапог в год, а после окончания войны – от 40 до 100 тысяч пар в год. Усилиями земских деятелей был организован сбыт сапог не только военному ведомству, но и отправка их на рынки Южной России и Новороссии.

      Широкое развитие в курских селах получила обработка дерева. Крестьяне изготовляли средства для передвижения (сани, телеги, тарантасы,  лодки), орудия сельскохозяйственного труда (сохи, бороны, дуги, сита, лукошки, грабли, ручки для кос, лопат, оглобли, веялки, молотилки и др.), предметы домашнего обихода (ложки, миски, корыта, бочки, кадки, ушата, столы, мебель, сундуки и пр.). В 1900 г. в деревообрабатывающем производстве было занято 2991 человек. Для  деревообрабатывающего производства характерна была специализация.  Так, например, в селениях Дмитриевского, Обоянского, Суджанского, Тимского, Рыльского уездов делали сани, телеги;  Новооскольского, Корочанского, Белгородского, Щигровского, Грайворонского – дуги; Старооскольского, Фатежского, Щигровского – прялки;  Новооскольского – сундуки;  Грайворонского, Корочанского, Новооскольского, Обоянского, Суджанского, Старооскольского, Тимского, Фатежского – бочки, кадки, бочонки, ушата; Белгородского (д. Ясеневый Колодезь Шопинской волости) – курительные трубки и т.д.  В немногих селениях Корочанского, Курского, Суджанского и Фатежского уездов занимались плетением корзин и мебели. Кстати, данный промысел был принесен в Курскую губернию крестьянами, уходившими на заработки в южные губернии. Так, в 1900 году в с. Гуйве Миропольской волости была открыта корзиночная мастерская для мальчиков. В некоторых селах занимались жжением угля на продажу.

     В селах Грайворонского, Рыльского, Суджанского уездов был развит валяльный промысел: изготовление войлоков, грубых сукон и валенок; выделкой овчины занимались более всего в деревнях Дмитриевского, Фатежского, Суджанского, Щигровского уездов.

      В некоторых селениях Льговского, Новооскольского, Старооскольского, Дмитровского, Грайворонского, Корочанского уездов крестьяне занимались гончарным промыслом. Изготавливали, большей частью, простую глиняную посуду, которую сбывали на местных базарах и ярмарках. Любопытный факт: «Летом 1900 г. Суджанской земской управой были командированы в Полтавскую губернию два крестьянина для ознакомления, в разных кустарных-гончарных мастерских, с состоянием местного гончарного производства и наилучшими способами выделки гончарных изделий».

      В селе Борисовка Грайворонского уезда все население было занято производством икон для Богородско-Тихвинского женского монастыря. Из монастыря ежедневно отправлялось два вагона икон в южные города России. Эта деятельность полностью вытеснила земледелие: «не только надел свой никто не обрабатывал, но и огород даже не сажали».

     Женские промыслы в Курской губернии были развиты несравненно слабее мужских и, прежде всего, связаны  с возделыванием конопли и льна, их переработкой, прядением, домашним ткачеством, вязанием. Основная часть продукции женских домашних промыслов удовлетворяла собственные нужды крестьян. Привлечение женщин к производственной деятельности (ремеслу) было, как правило, эпизодическим и чаще всего носило характер помощи.

      С давних пор в Курской губернии возделывали коноплю и лен, дающие волокно и масло. Технологии возделывания этих культур подробно рассмотрены в монографии известного этнографа Д.К. Зеленина «Восточнославянская этнография». Лен выращивали в основном для своих нужд, а если и продавали, то небольшими партиями. После обработки льна получали льноволокно, из которого изготовляли пряжу, а из льняных ниток на домашнем ткацком стане ткали холсты. Избыток льняного холста продавали, как правило, между собой в деревнях. Широкое распространение льноделия в домашнем быту определялось потребностями населения в одежде и предметах быта. Важную роль в сохранении льноделия и домашнего ткачества сыграла также приверженность крестьян традициям, не допускавшим изготовление обрядовых и праздничных полотенец из покупных тканей. С сакральными причинами было связано и сохранение домотканины в похоронных и свадебных обрядах.

     Курские крестьянки выращивали также коноплю. В тех местах, «где имелись конопляники… в их [женщин – З.М.; Л.П.] обязанности входили уборка, вымочка, сушка и другие операции, необходимые для производства пеньки и сукна». Несложная в технологии возделывания конопля привлекала крестьянок тем, что продукты ее переработки пользовались устойчивым спросом. Часть производимой конопляниками пеньки составляла предмет сбыта и шла на продажу в виде верёвок. Веревочным промыслом занимались кустари Курского, Старооскольского, Тимского, Щигровского, отчасти Дмитриевского, Льговского, Путивльского, Суджанского и Фатежского уездов. Например, в Старооскольском уезде верёвочным промыслом был занят 151 двор, центром производства являлись сёла Каплино (100 дворов) и Ездоцкая (39 дворов) Казацкой волости. Кроме этого по 1-2 двора занимались в сёлах: Орлик, Осколе. Верёвочные изделия были отличного качества и пользовались спросом не только в Старом Осколе, но и в Воронеже, Харькове, Курске, Екатеринославле, Ростове-на-Дону, куда отправляли их местные купцы, скупщики. В неурожайные годы, например, в 1898 году, когда крестьяне испытывали большую нужду, с доходов от продажи веревок уплачивали все лежащие на них повинности. Эта культура в регионе сохраняла товарный характер на протяжении всего ХIХ века.

      Из льна, конопли, а также шерсти женщины на простых ручных станках изготовляли холсты, сукна, ковры, поневы, ткани не только для домашнего употребления, но и на продажу. Ткацкий кустарный промысел был распространен в Стригуновской, Борисовской, Высоковской и др. волостях Грайворонского уезда, а также в сл. Орлик Старооскольского уезда, где функционировала кустарная ткацкая мастерская финляндского типа, в которой «вырабатываются фартуки, полотенца, коврики и проч. Изделия эти сбываются местному населению и в городе Старом Осколе». Для развития данного кустарного промысла в Курской губернии в 1911 г. были открыты ткацкие школы в сл. Белая и с. Боршня, д. Касторная с отделениями в Судже и Мирополье.

      Специальным традиционным женским промыслом было производство ковров. Тканые ручные ковры выделывались из пряденой шерсти и непряденой – войлока. В Курской губернии данный промысел особо выделялся в Щигровском уезде. Ковровый промысел получил такое распространение, что им стали заниматься   профессиональные ткачихи в крупных слободах – Велико-Михайловке, Борисовке, Ракитной, Ольшанке и др. В 1900 г. в д. Косторной Суджанского земства была открыта «коверная мастерская в помещении, безвозмездно уступленном местным землевладельцем А.А. Гридиным. Для заведывания мастерской организован особый местный комитет, а для преподавания ученицам мастерства приглашена местная уроженка Долженкова, окончившая С.-Птербургскую Мариинскую школу коверщиц и кружевниц».  Также изготовлением ковров, попонок и дорожек занимались в селах и деревнях – Бобрышево, Троицкое Обоянского уезда, Сергиевское Фатежского уезда, Винникова, Воробьевка, Артюховка, Долгое, Переверзевка  Курского уезда, Крутыя, Троицкая Щигровского уезда, в селениях, прилегающих к реке Сейм Льговского уезда и др. Курские ковры славились далеко за пределами края. Хотя данный тип ковров производился не только в Курской, но и в Орловской и Тамбовской губерниях, он был назван «курским», потому что Курская губерния стала наиболее крупным центром этого производства.   Однако к концу 80-х годов ХIХ в. ткацкий промысел стал сокращаться.

     Наряду с ковроткачеством женщины занимались производством полотенец и различных поясов для одежды. Изготовлением полотенец (рушников) занимались в каждой семье. Тканье поясов было особенно распространено в трех уездах: Суджанском, Фатежском и Щигровском.

      Изготовлением скатертей занимались в селах Грайворонского, Дмитровского, Курского, Льговского и Фатежского уездов. Е.Л. Тинякова отмечает, «что в связи с трудоемкостью изготовления скатертей, большинство ткачей были мужчины».

      Однако издавна существующие в Курском крае промыслы ткачества (скатертей, полотенец, поясов) в конце XIX века стали исчезать. Таким образом, для кустарей Курской губернии ткацкий промысел не приобрел серьезного экономического  значения, а остался   формой обыкновенного занятия в крестьянском обиходе.

      Женщины-крестьянки Курской губернии занимались чулочно-вязальным промыслом. Так, например, среди женского населения пригородных слобод города Белгорода – Старого Городища, Пушкарной, Михайловской, Казацкой, Ездоцкой, Ямской получило широкое развитие вязание из шерсти варежек, носок, чулок. В этом промысле было занято 800 женщин и 600 подростков. Н. Златоверховников отмечает, что данный промысел «имеет экономическое значение для отдельных селений». В конце XIX в. в некоторых селах из местного вязального промысла возникло крупное кустарное производство.

      Плетение кружев и вышивание не занимало большого места в занятиях женщин Курской губернии, но все же, помимо удовлетворения собственных нужд, приносило небольшой доход в семью. Обучали плетению кружев девочек с 6-7 лет бабушки, тети, старшие сестры, реже матери. Манеру плетения, искусство составлять узоры передавали внутри семьи из поколения в поколение. Плетение кружев и вышивание больше всего было развито в Щигровском, Фатежском, Грайворонском (сл. Борисовка), Суджанском (сл. Белая) уездах. В 1905 г. в Щиграх при содействии местного земства была устроена школа кружевниц. Исследователи обратили внимание на то, что в ходе промышленного развития в пореформенный период с укреплением межрегиональных торговых связей меняется и характер народной вышивки, являющийся неотъемлемой частью украшения льняных изделий. Под влиянием городской моды и фабричных образцов вышивка приобретает чисто декоративный характер. Стало забываться смысловое значение традиционных мотивов. Однако орнамент народной вышивки продолжает сохранять древние мотивы и является наиболее архаичной знаковой системой, дошедшей до наших дней.

      Женщины участвовали и в других промыслах, но не в качестве основных работников. Так, например, в войлочном производстве, имевшем место в селе Снагость Рыльского уезда, хуторе Городище Корочанского уезда, в слободе Орлик Старооскольского уезда они помогали мужчинам при катании войлока.

     Участие женщин в гончарном промысле в основном ограничивалось стружкой глины, глазированием посуды и переноской её из мастерской к горну и обратно. Однако выделкой плит для выстилки печей занимались исключительно женщины. В некоторых местностях, женщины занимались и производством горшков. Например, в Великой Михайловке и Борисовке Белгородского уезда, женщина-поденщица производила до 4000 горшков. Гончарный промысел оказывал вредное влияние на здоровье женщин.

      Женским занятием было и изготовление глиняной игрушки, в частности, свистулек для детей. Гончарный промысел в начале ХХ в. наиболее производительным был в Грайворонском, Лиговском, Новооскольском,  Старооскольском и Суджанском уездах.

      Таким образом, женские промыслы в Курской губернии в конце XIX – начале ХХ в. включали в себя, в первую очередь,  т.н. «женские производства»: возделывание конопли и льна, их переработку, прядение, ткачество, ковроткачество и др. Однако по мере проникновения в деревню фабричной продукции и городской моды, женские традиционные промыслы стали исчезать. Несмотря на попытки государства и местных управлений содействовать  развитию кустарных промыслов среди сельского населения, по мере развития капитализма они постепенно приходили в упадок. 

      В конце ХIХ – начале ХХ в. в Курской губернии наблюдается спад кустарных промыслов среди крестьянского населения в целом. Основными причинами были сокращение лесных площадей, истощение глинищ, понижение производительности скотоводства, конкуренция со стороны крупной капиталистической промышленности, усиление отхода на дальние заработки.

      Особое место в хозяйственной деятельности крестьян стало занимать отходничество, которое стало интенсивно развиваться в пореформенный период в связи с развитием товарно-денежных отношений. В 1880-е годы отхожими промыслами в Курской губернии занимались более 60 тыс. чел. (2,6%  населения губернии). Так, например, по Обоянскому уезду к началу ХХ в. число отходников, в том числе и женщин,  в сравнении с 80-ми годами XIX в. увеличилось. Так, например, за 1898–1902 гг. по Курской губернии среднегодовой отход составил 212188 мужчин и 42645 женщин. К 1904 г. в Курской губернии отхожими промыслами занимались 10,03% мужчин и 5,47% женщин.

      Отхожие промыслы предполагали уход крестьян и работу по найму в пределах своей губернии или на чужой стороне. Основной причиной отходничества являлось малоземелье, истощение почв, снижение урожайности земледельческих культур, а также рост населения. В середине 1880-х годов в Белгородском уезде промыслами было занято 69,6% взрослого мужского населения, в Грайворонском – 72,5%, в Корочанском – 60,7%, в Новоскольском – 69%, в целом по Курской губернии – 54,6%. Согласно данным последующих лет, число отходников все увеличивалось.
Более 6000 курских крестьян работали на сахарных плантациях и заводах Курской губернии, около 6000 – на винокуренных заводах губернии, более 4000 – на больших водяных и паровых мельницах. На свекловичных плантациях главным образом работали женщины и дети. Так, например, «в южные земледельческие губернии России, преимущественно Таврическую и Екатеринославскую, только из Обоянского уезда в 1882 г. отправились 2798 косарей на косовицу»; в период переработки свеклы число наемных рабочих только из местных крестьян селений Головчино, Антоновки и Тополей достигало в 1894 году: мужчин – 513, женщин и девушек – 800. В зимний период курские крестьяне, как и крестьяне соседних губерний, занимались санным извозным промыслом – «ползуны», а некоторые, кроме саней имели еще рессорные дрожжи – «ваньки».  Средний заработок «ванька» составлял от 50 до 100 руб., а «ползуна» от 10 руб.
Местные и ближайшие заводы давали заработок более чем 20 000 крестьянам.

       Армия отходников была чрезвычайно неоднородна в социально-бытовом и половом отношении. Большую часть отходников составляли мужчины. Массовый отход женщин был связан с развитием текстильной промышленности. Интересен факт, который приводит американский исследователь Стив Френк. Он пишет, что в 1889 г. земские начальники получили право выдавать паспорта женщинам для ухода на заработки в город, независимо от разрешения мужа.

      Практику отходничества нельзя рассматривать однозначно. Для одних отход давал необходимые средства, без которых хозяйство пришло бы в упадок, для других – возможность накопить деньги и отделиться от семьи, построить новый дом или справить приданное, например, для девушек. «Одни находились в отходе практически всю свою трудовую жизнь, другие – до замужества или до женитьбы, в случае острой необходимости». Отход на заработки преобладал в Корочанском, Грайворонском, Дмитриевском уездах. Так крестьяне Курской губернии уходили на заработки на свекловичные плантации Харьковской и Киевской губерний, в губернии Новороссийского края.

      Отхожие промыслы не всегда положительно сказывались на благосостоянии и жизнедеятельности крестьянских семей. Они не поддавались никакому регулированию, в нередких случаях вместо заработка влекли за собой только непроизводительные траты на передвижение, приучали крестьян к бродяжничеству и, отучая от семьи, являлись в то же время источником развития в селах и деревнях разного рода заразных болезней. Однако, как свидетельствуют архивные материалы, к концу ХIХ века уход крестьян в отход в южные губернии для выполнения полевых работ начинал терять свое значение в связи с увеличением в хозяйстве южных губерний применения машин и уменьшения вследствие этого спроса на рабочие руки. «Сельскохозяйственные рабочие, отправляющиеся на дальние заработки, обыкновенно идут или едут большей частью без заранее определенной цели и часто возвращаются в деревню не найдя работы и проживши последние достатки».

     Отхожие промыслы, несомненно, оказывали отрицательное влияние на сельское хозяйство Курской губернии, так как вели к оттоку рабочей силы. Единственной возможностью удержать уход на сторону крестьян было развитие кустарных промыслов на местах. Занятия крестьян местными и отхожими промыслами, прежде всего, были  связаны с необходимостью уплаты государственных податей и за аренду помещичьих земель.

 



РКЖБН Т. 6. С. 32.

Добротворский Н.А. Указ. соч. С. 56.

Курская губерния. Итоги… С. 9.

Обзор Курской губернии за 1893 год. Курск, 1894. С. 54.

См.: Ботова С.И., Приставкина Т.А., Рябчиков А.В. Указ. соч. С. 128–129.

РКЖБН. Т. 6. С. 17.

Там же.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 2. Д. 5009. Л. 6.

Златоверховников Н. О кустарных и отхожих промыслах населения Курской губернии (краткий обзор за 1900 г.)  // Курский сборник / Под ред. Н.И. Златоверховникова. Вып. II. Курск, 1902. С. 184.

См.: Мухина З.З., Шестакова С.В. Традиционные женские промыслы в Курской губернии в конце XIX – начале ХХ в. // Образование, наука, производство и управление: сборник научных и научно-методических докладов международной научно-практической конференции преподавателей, сотрудников и аспирантов. Старый Оскол, 2010. С. 210-213.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 4594. Л. 2. 

Добротворский Н.А. Указ. соч. С. 168.

Лаптев Р.А. История кожевенно-обувной отрасли российской индустрии: конец ХVIII–начало ХХ веков (на примере Курского региона): Автореферат дис. … канд. ист. наук.  Курск, 2005. С.15.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 4655. Л. 2.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 4858. Л. 2.

См.: Курский сборник. Вып. П. С. 13.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д 4858. Л. 3.

РГИА. Ф. 1263. Оп.1. Д. 4859. Л. 3.

Краткий очерк деятельности Старооскольского земства за 50 лет (1864-1914 гг.). Курск, 1914. С. 31-32.

Там же.

РКЖБН. Т. 6. С. 17.

Златоверховников Н. О кустарных и отхожих промыслах… С. 179.

См.: Тинякова Е.Л. Народные промыслы в Курской губернии (Исторический очерк) // Культура Курского края (лингво-этнографические очерки). Курск, 1995. С. 90-91; Ботова С.И., Приставкина Т.А., Рябчиков А.В. Указ. соч. С. 128–129.

См.: Естественные и производительные силы Курской губернии и экономическая деятельность населения. Курск, 1912. С. 41; Машкин А.С. Указ. соч. С. 100.

Златоверховников Н. О кустарных и отхожих промыслах… С. 180.

Машкин А.С. Указ. соч. С. 100.

РКБЖН. Т. 6. С. 17.

О кустарных промыслах Курской губернии. Курск, 1885. С. 177.

О кустарных… С. 153-154. Златоверховников Н. О кустарных и отхожих промыслах… С. 181.

Златоверховников Н. О кустарных и отхожих промыслах… С. 181.

См.: Жегалова С.К. и др. Указ. соч. С. 174-175.  

См.: Зеленин Д.К. Восточнославянская… С. 178-181.

АРЭМ. Ф.7. Оп. 2. Д. 1088. Л. 12.

Милов Л.В. Великорусский пахарь… С. 156.

Златоверховников Н. Кустарные и другие промыслы населения курской губернии в 1899 году и краткий обзор их за предшествовавшее время // Курский сборник. Вып. I. Курск, 1901. С. 209.

Кустарные промыслы Старооскольского уезда, Курской губернии / Сост. Ф.И. Заикин. Курск, 1904. С. 44.

Архив СОКМ. Ф. 1. Оп. 1. Ед.хр. 40. Л. 16.

АРЭМ. Ф. 7. Оп. 2.  Д. 1161. Л. 1.

АРЭМ. Ф 7. Оп. 1. Д. 122. Л. 32 об.

ГАКО. Ф. 153. Оп. 1. Д. 144. Л. 122.

Златоверховников Н. Кустарные и другие промыслы… С. 209; Антипов М. Ткацкий промысел в Курской губернии // Вестник финансов, промышленности и торговли. 1885. № 8. С. 294.

Естественные и производительные силы Курской губернии… С.39.

Там же. С. 182.

Антипов М. Указ. соч. С. 294.

См.: Шанина Л.Ф. Ковроткачество – гордость Курских мастеров // Культуры Курского края (лингво-этнографический очерк). Курск, 1995. С. 98.

РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 4858.  Л. 5-6.

Златоверховников Н. Кустарные и другие промыслы… С. 211; Промыслы и грамотность центрального района Курской губернии. Промыслы и внеземледельческие занятии населения центрального района Курской губернии / Сост. Н.А. Добротворский. Курск, 1883. С. 153.

Там же. С. 150-151.

Тинякова Е.Л. Указ. соч. С. 95.

Златоверховников Н. Кустарные и другие промыслы… С. 211.

Тинякова Е.А. Указ. соч. С.86.

РКЖБН. Т. 6. С. 17.

Златоверховников Н. Кустарные и другие промыслы...  С. 211.

Курский сборник. Вып. V. Курск, 1907.  С. 28.

Кустарные промыслы Старооскольского уезда… С. 54.

Кустарные промыслы Старооскольского уезда… С. 42; Добротворский Н.А. Указ. соч. С. 162-165.

О кустарных промыслах Курской губернии. Курск, 1885. С. 171.

Курский сборник /Под ред. Н.И. Златоверховникова. Вып. II. С. 181.

Естественные и производительные силы Курской губернии… С. 121.

Памятная книжка Курской губернии на 1890 год. Курск, 1891. С. 215.

Курская губерния. СПб., 1904. С.17.

Овчинников В.В., Тройно Ф.П. Указ. соч. С. 139.

Жегалова С.К. и др. Указ. соч. С. 160.

Сборник статистических сведений по Обоянскому уезду… С. 49.

Жегалова С.К. и др. Указ соч. С. 164.

Село Вирятино… С. 30.

См.: АРГО. Р. 19. Оп. 1. Д. 33. Л. 6. об

Сборник статистических сведений по Обоянскому уезду… С. 53-54.

Курский край в период развития капитализма… С. 294.

Цит. по: Попова А.Д. «Правда и милость да царствуют в судах» (Из истории реализации судебной реформы 1864 г.). Рязань, 2005. С. 204.

Народы России… С. 292.

Тинякова Е.Л. Указ. соч. С. 85.

См.: РГИА. Ф. 1263. Оп. 2. Д. 5327. Л. 17.

См.: РГИА. Ф. 1263. Оп. 1. Д. 4858. Л. 16.

См.: РГИА. Ф. 1263. Оп. 2. Д. 5571. Л. 18.

Сборник статистических сведений по Обоянскому уезду… С. 46.

Перейти в архив


Новинки видео


Другие видео(83)

Новинки аудио

Our hands have met Tomas Hood. Музыка и исполнение Ольги Слободкиной-von Brömssen
Аудио-архив(97)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход