Роботизация сегодня с точки зрения воздействия на общественные процессы - то же самое, что в XIX веке представляла собой индустриализация.
Тогда зарождающийся капитализм, стремясь к увеличению прибыли, активно внедрял в производство станки и механизмы. Цель была ясна: повысить производительность труда и снизить влияние человеческого фактора. Однако результат оказался парадоксальным. По мере развития производства рос и укреплялся рабочий класс. Грубая физическая сила постепенно заменялась квалифицированными рабочими специальностями, требующими обучения и навыков. В конечном счёте в России рабочий класс смог самоорганизоваться и взять средства производства в общественную, народную собственность.
Сегодня ситуация разворачивается по новому сценарию. Современные капиталисты - в том числе те, кто вышел из перерождённой советской элиты и совершил своего рода «капиталистический реванш», - возлагают большие надежды на роботизацию производственных процессов и развитие цифровой экономики. Они видят в технологиях инструмент для: снижения издержек; минимизации роли человека в цепочке создания стоимости; повышения управляемости и предсказуемости бизнес процессов.
Одновременно с этим миграционные процессы нередко используются как дополнительный инструмент для создания условий обезличенного труда. Высокая текучесть кадров, языковые и культурные барьеры, отсутствие устойчивых социальных связей - всё это затрудняет самоорганизацию рабочих и снижает их способность отстаивать свои права.
Ещё один важный аспект - трансформация городов. Раньше город возникал на месте ремесленных общин, обслуживающих земледельцев или охотников. Вокруг производств формировались сообщества, складывались традиции взаимопомощи и солидарности. Теперь же город всё чаще лишается своей производственной функции, превращаясь в средоточие бюрократии и общества потребления. На смену фабричным районам приходят: жилые комплексы с развитой инфраструктурой; торговые и бизнес центры; зоны развлечений и досуга. При этом специально созданные компактные условия проживания большого числа людей обеспечивают бизнесу непрерывный гарантированный доход. Гораздо выгоднее: собирать коммунальные платежи с одного многоквартирного дома, чем с сотни сельских домиков; открывать супермаркет или клинику, рассчитанные на жителей высотки или целого микрорайона; предлагать услуги и товары в формате «всё рядом», стимулируя потребление. К чему это ведёт?
Массовая застройка, рост городов мегаполисов и уход производства за пределы жилых зон создают замкнутый цикл. Люди оказываются привязанными к месту жительства и работы, зависимыми от услуг и инфраструктуры. Потребление становится главной движущей силой экономики, а не созидание и развитие. Социальные связи ослабевают, заменяясь виртуальным общением и поверхностными контактами. А роботизация, призванная облегчить труд, может привести к его обесцениванию и росту безработицы среди низко и среднеквалифицированных специалистов.
В итоге возникает вопрос: станут ли роботизация и увеличение городов новым этапом прогресса, открывающим человеку возможности для творчества и самореализации, или они закрепят существующее неравенство, сделав труд ещё более отчуждённым, а общество — ещё более разобщённым? Ответ на него зависит не только от технологий, но и от того, какие ценности и цели мы заложим в основу их применения.
Видеогалерея
Фотогалерея
Аудиогалерея
