Апельсиновый мальчик

Дата: 15 Марта 2026 Автор: Середина Надежда

Никто не знает, что такое настоящая война, как дети-сироты. Война рождается из жестокости, жадности, не любви людей друг к другу. И никто не знает, как остановить начавшуюся войну, где погибают отцы детей. Садизм – горючее, которое вбрасывается в топку военных действий.

По берегам обмелевшей извилистой речки стоит куга, как строй острых сабель кочевников-скотоводов. Если росла куга, пили кочевники шеломом воду из дивной реки. В прошлом веке красавица река была самой чистой рекой в Европе. Разнотравье окружает реку, прячется в этой зелени всё живое от солнца. В этой траве обитал и лягушонок. Он появился на свет совсем недавно и не знал о глобальном потеплении. Ему было весело и хорошо плавать в тёплой воде, сидеть в тине и ряске. Но вот лягушонок испугался и замер, слившись с зелёной травой возле куги, глядя, как мерседес прыгнул к самой воде и затих.

- Лет двадцать назад никто не ездил по траве, закон запрещал! – неприветливо встретила мерседес пожилая женщина с двумя внуками-близнецами. – Водитель за нарушение заплатил бы штраф. Ещё бы и права отняли! Всё перевернулось вверх дном. Наступило глобальное  потепление.
- Ось Земли смещается, - сказал молодой приятный голос из машины. – Такой жары сто лет не было.

- А вам сто восемнадцать?

Пятилетний мальчик, худой, шоколадный от загара, радостно подбежал к мерседесу. Он привык, что после завтрака на траве остаётся еда, которую можно есть. Но сегодня он был так голоден, что не мог ждать и подошел ближе к машине и сказал:

- Дай поесть.

Из мерседеса вышла девушка в красном купальнике и спросила худого мальчика:

- Как тебя зовут?

Нарт был худой, черный, как шоколадка.

- Нарт. Еда есть?

Мужчина кинул из машины мальчику апельсин:

- Лови!

Нарт ловко поймал. Он глотал апельсин со шкуркой, сок тёк по рукам, по подбородку, он так жадно ел, словно всхлипывал. Потом ему дали пиццу. Кусок надкушенной пиццы мальчик съел, отойдя к куге. Вот он  и опять подошёл.

- Сколько тебе лет? – спросила девушка в красном купальнике.

Нарт показал пальцы руки, оттопыривая мизинец в сторону, словно мизинец рос сам по себе.

- А что ты такой маленький? Ты мальчик с пальчик?

Нарт засмеялся и протянул опять руку.

- Ты где живёшь?
- Здесь.
- В реке? – засмеялась она. – Речной мальчик?

Девушка в красном купальнике дала ему холодную из холодильника мерседеса устрицу.
Нарт с братьями жарили на костре лягушечьи лапки и ракушек, и  он знал, что их можно есть.

Насытившись, мальчик пошёл играть в реку, где плескались ещё два ребёнка. Он  бросал лягушонка в воду. Потом ловил его, как мячик, и опять бросал, смеясь. Это доставляло ему радость.

- Его можно есть, - речной мальчик зажал лягушонка ладонями и показал мальчикам.
- Ну и что? – подошли близнецы-братья, они были уже первоклассниками.
- А он может вот так! – Нарт подбросил лягушонка вверх и засмеялся. - Летает!
- Лягушка-путешественница! – рассмеялся первый близнец.
- Лягушка-Царевна! – с любопытством глядел второй близнец.

Около воды стояла бабушка близнецов, прикрываясь от солнца зонтиком персикового цвета.

- Лягушонок умрёт, если его мучить. - Она терпеливо объясняла детям и строго смотрела на истощённого ребёнка. – Хватит играть в воде! Вылезайте!
- Я его кидаю! Вот так! – Нарт увлекал мальчиков своей игрой, ему не хотелось оставаться одному.

Лягушонок взлетел и плюхнулся в воду. Переждав секунд пять, словно очнувшись от удара, заработал лапками, плывя к берегу.

- Лягушонку больно. Так не надо кидать! Пусть он сам плавает. Выходите!
- А там ещё один есть, - показал  на кугу.

Мальчики нехотя пошли к берегу, остановились.

- Хватит! Обсохните! - она крепко взяла за руку одного и второго внука и повела их из воды. - Согрейтесь! Он привык, он вон как загорел. В вы ещё нет.
- Я не замёрз. Ногам жарко. А! Я не могу идти!
- А! А! У меня пятки горят!
- Если не будете слушаться, пойдем домой!
- А тут лягушонок живёт! - речной мальчик смотрел на детей из куги. – Ква-ква? Ты где? Лягушонок!
- Пусть живёт. Ты тоже выходи. Я тебе пряник дам. 
- А лягушонок? – не выходил из реки мальчик.
- Иди к нам, лягушонок! – позвал один близнец.
- Лягушонок! Иди к нам! – повторил другой.

Лягушонок побежал за ними и скоро ел пряник с огурцом.

Нарт, действительно, был речным мальчиком, он родился и жил в вагончике на пляже. Братья его были намного старше и пищу добывали себе другими, недетскими способами. А сестра сгорела. Когда было жарко, Лягушонок сидел в воде, и это было ему приятно. Раньше его не пускала Сузана, но теперь он мать не слушал, а бежал, куда ему хочется. Река для него была всё: и игра, и отдых, и еда. Ему всегда хотелось есть, когда все вокруг ели. В кафе ему иногда давали еду, но только когда шёл дождь, и пляж был безлюден.

Сегодня наехало много людей с электричкой, рядом был мост и станция, и они партиями присоединялись к пляжникам. Около моста и деревья, и трава, и песок. Иногда и машины подруливали поближе к воде.

Девушка в красном купальнике вышла из воды, забралась в мерседес, и машина уехала. На её место, постелив пляжное розовое полотенце, легли Лида и Таня, рядом парни с нардами и картами. Нищета и роскошь вели свою жизнь. В электричках ездили зайцем безработные и студенты.

- Неделю жара, - сказал парень, глядя в мутную воду от ныряющих студентов.
- 38 градусов всю неделю, прикинь, - рыбы у берега плавали брюхом кверху.
- Глобальное потепление.
- Смог.
- Нефть в Иране горит.
- Пляж безработных, - усмехнулась Лида, листая  глянцевый журнал на английском языке. – Отдыхают! А день-то не выходной! Среда.
- Смотри сколько тут бездельников.
- А говорят у нас работать некому, - засмеялась бывшая спортсменка-фехтовальщица. – Шли бы работать.
– Кому они нужны? Работать они будут, жди! – Лида - брюнетка, волосы её отливают черным перламутром на солнце, жгут блеском, как антрацит. - Это лохи!
- Хоть лоха бы какого-нибудь, - засмеялась фехтовальщица. – Хоть одного бы раба завести.
– Где купила? - Лида сняла с фехтовальщицы шляпу. - Дай мне, а то у меня волосы чёрные. Давай позвоним Вове? - примерила шляпу, пригибая ей поля по бокам, как у ковбоя.

Двое безработных играли в нарды, нардами у них были старые советские пластмассовые шашки. Вдруг один из них встал и, как к магниту, притянулся к брюнетке.

- Вы так загорели! – подарил комплемент игрок, глядя на полные покатые кремовые плечи. – У вас такие красивые волосы!
- Крашеные! У меня свои, как у неё.
- Таранка! - Идёт парень, увешенный сушёной рыбой. Таранка издаёт запах, солёный, манящий. Нагоняет аппетит, словно нарочно.
- Свежая таранка! - Разносчик, как по вызову, останавливается перед жгучей брюнеткой.
- Хочу таранку! – Лида достаёт из сумки чёрный кошелёк: зеленеют доллары, краснею рубли. – Мне самого крупного леща мне! 

Тоня отошла, она знает у подруги не случайно квартира в Питере, комната в Москве, хоть и живёт у родителей, недалеко от реки. Квартиры сдаёт – денег полный кошелёк.

- Слушай, ты не сходишь за пивом? - она оторвала голову рыбе. – Хочешь леща?
- А какое надо? – парень встал. - Жигулёвское?
- Я в баклажках не пью. – Дала ему красненькую сотку. - Хорошее купи.

Вернулся игрок с пивом. В одной руке - бутылка немецкого, в другой – баклажка жигулёвского.

- А это ты зачем купил?! – Лида взяла немецкое пиво и уставилась на баклажку. – Я же тебе говорила – я в баклажках не пью!
- Себе взял, - сглотнул он из горлышка серую муть.
- А сдачи где?
- Нет.
- Я тебе разрешала покупать тебе пиво?!
- Тихо. – Парень озлобленно подсел к ней ближе. - Не кричи.
- Ты на чьи деньги купил?
- Я купил самое дешёвоё.
- Ты за чей счет купил? Посмотрите на него! Он купил себе пиво за мои деньги! Тебе кто разрешил покупать пиво за мои деньги?! Встань! Не садись на моё полотенце!

Они встали друг против друга озлобленные, и казалось, схватки не миновать. Жара палила. Все смотрели на них, словно на сцену в телесериале.

- Не туда смотришь, - сказал парень своей девушке у куги. – Кино там…

Брюнетка скинула на песок шляпу, швырнула глянцевый журнал и пошла к воде. Плавки-стринги, тонкая тесьма сзади, сливаясь с её кремовой спиной, притягивали взгляды.
Вдоль берега шли бомжи, обходя свои владения, словно дозор. Отдыхающие притянули к себе ближе сумки.

- Смотри, что там? - сказал бомж-подросток.
- В куге? Что это там?
- Труп.
- Мальчик! – подросток-бомж кинулся к воде.
- Стоять! - Удержал старший молодого. – Скажи вон тем.
- Что сказать?
- Что у них труп. – Он показал на учебную группу ОМОНа. – У нас нет прописки…

Подросток мгновенно оказался рядом с ОМОНом.

Лида пошла в воду, когда увидела красивого спортивного мужчину, почти бегом устремившегося к воде. Его мускулы накачаны, спина мощная, талия упруга. Он как пловец-спортсмен шел по пояс в воде. Но не плыл. 

Лида бы попросила у него закурить, если бы он был на песке, и познакомилась бы с ним.
Вдруг спортсмен резко шагнул к куге:

- Что это у вас тут плавает? – метнул он в неё глазами.

Лида, словно проснувшись, вдруг увидела: в тине, в ряске плавает тельце ребёнка спиной вверх.

- Чей ребёнок? – громко крикнула Лида и кинулась из воды.

Следом за ней из воды вышел мужчина, неся безжизненное тельце ребёнка.

- Что вы лежите тут?! – Лида в испуге бежала горящими ступнями по раскалённому песку. - Ребёнок утонул!

Над ребенком уже склонились спортивные, крупные тела мужчин. А она всё кричала:

- Ребёнок утонул!

Толпа окружила ребёнка. Подошли дети.
Между зубов вложили мальчику зажигалку.

- Вызовите скорую!
- Почему нет скорой?
- Это ОМОН, они вызвали.

Мужчины вокруг ребёнка были сдержанно-спокойны. Здесь они проводили каждую среду ученья, готовясь к войне. И сегодня, как на войне, пытались спасти жизнь человеку.
Вадим Юрьевич – военный врач – с женой и другом лежали на горячем песке, загорали. И когда услышал голоса, подошёл.

- Он не жилец. Я сразу поняла, как он родился - сказала Сузана с растрёпанными волосами и красным лицом. Она скорее была похожа на бабушку ребёнка, а не на мать. - Он такой же, как дочка была.

Врач тоже, как все, был в плавках, и в плавках он встал на колени перед мальчиком. Пульса не было. Дыхания не было. Две минуты… Клиническая смерть?
Вадим Юрьевич хлопнул его по попке, ущипнул за щеки. Дальше руки делали всё сами. Быстро, уверенно, профессионально.

- Отойдите! Отойдите все! Дайте воздух! Он в коме.

Вдруг мальчик вздрогнул, вздохнул и заплакал.

- Он дышит.
- Дышит.
- Плачет!
- Сузана! Где ты была?
- Я колола дрова.

Женщины, окружившие мать ребёнка, говорили взволнованно. 

- Сузана, где ты была?
- Она пьяна. Разве это мать!
- Что с ней говорить?
- Это не мать, а бабушка. Она не пьяная.
- А почему красная, как рак? 
- Это у неё давление. Ей дали лекарство. Мы знаем её. У неё десять детей. А девочка сгорела в вагончике зимой, у них печка-буржуйка была.
- Для Сузаны главное, чтобы у них были набиты животы. Ей кормить их нечем.
- А смотреть она за ними не смотрит…
- Откуда они?
- Они беженцы. Из Абхазии.
- Бог, да помоги ж нам!
- А муж её где?
- Был один. Умер.
- Он заплакал. Он звал меня, - Сузана рванулась протиснуться через спины мужчин к ребёнку. - В одежде её неряшливость. - Дайте мне его!
- Не надо им мешать, Сузана.
- Почему детей не заберут у неё?
- Он здесь, один как лягушонок, из воды не вылезает.
- Кто-то за это должен отвечать, помогать, смотреть?
- Кто?
- Вон, читайте! Написано крупными буквами: «Купаться не рекомендуется».
- А где купаться? Все реки загадили, отравили. Всю экологию разрушили! А жара сорок.
- Чиновники не заинтересованы отправлять за решетку экологических преступников, боясь, что сами отправятся туда.

Вдруг женщина захлопала в ладоши, потом другая, третья… И аплодисменты становились всё громче.

- Почему они хлопают? - Сузана видит, как весь пляж аплодирует. Им что здесь? Театр на пляже? 
- Они так хотят выразить благодарность врачу.
- Задышал, - говорят все почти разом.
– Дышит! Дышит. Дышит…
- Приехала скорая. – Тормошит Сузану продавщица пирожков. - Сузана, ты поедешь?
- Куда она поедет! Сиди! Ты сейчас им не поможешь. Потом приедешь. Прими лекарство. У тебя давление.

Врач нёс мальчика на руках через весь пляж по раскалённому песку к машине скорой помощи.
…Когда врач возвращался от скорой помощи к своей жене, люди на пляже почти все хлопали.

«Какой-то странный спектакль, - подумал он. – Все мы актёры, и жизнь большой театр».

Пляж волнуется, люди встают, как во время премьеры. Шум аплодисментов все громче и громче.

Вадим Юрьевич улыбается: «Мы все равны перед жизнью и перед смертью».

Он понимает, они не знают, как ещё выразить свою радость и благодарность и просто хлопают, как дети. Однажды после операции, во время очередного обхода больных, очень пожилая женщина, лёжа на кровати, взяла его руку и стала целовать. У него не хватило сил и мужества отнять у неё руку, в которой только что он держал скальпель. Это было дороже самых больших денег, которые ему когда-либо удалось заработать.

…Бомжи: мальчик-подросток и два парня прошли вдоль реки.

- Они живут здесь. Люди – бомжи, - сказала бабушка двойняшек.
- И пусть были бы спасателями. Дали бы им лодку. Пусть работают. 
- Спас военный врач. Если бы его не оказалось, мальчик бы умер.
- Откуда такие матери берутся?
- А что мать? У неё их десять. В вагончике на пляже живут.
- А зимой как?
- А у них печка – буржуйка, труба в окно выходит.
- На пляже грязь. А все пришли и лежат. – Возмущается женщина рядом. - Я пять лет в Германии жила. Немцы никто бы на такой пляж не пошёл.
- Но ведь жара! – возмутилась фехтовальщица Тоня. – Куда идти?
- Они бы не пошли! Все! Немцы заставили бы навести чистоту! А мы ходим, как пресмыкающиеся.
- Кого заставишь? – спросила бабушка. – Где они?

А пляжный народ, безработный, беззаботный, загорелый, увидел и врача, который шёл искупнуться, смыть жару и усталость, и опять стали ему аплодировать.

…В это время вернулся на своё место чёрный мерседес. По зелёной траве проехал прямо к воде.
По лягушонку проехал колесом и остановился прямо у воды.  Братья нашли лягушонка и принесли его бабушке.

- Вот! Раньше машины так близко к реке не подъезжали!  – возмутилась бабушка и строго велела им. - Выбросьте!
- Но ведь это был лягушонок.

Вылезла девушка в красно-желтом купальнике из мерседеса и удивлённо стала крутить головой:

- Здесь какой-то концерт? – спросила удивлённо. Потом нырнула в машину, громко включила музыку и опять вылезла.
-  А где Лягушонок? – в руках у неё был пакет.
- Какой лягушонок? – удивилась Лиза и стала наблюдать за красным купальником с большим интересом.
- А тот речной мальчик был, - она достала из пакета мороженое крем-брюле, плитку шоколад «Алёнушка» и большой пакет чипсов. – Где мальчик?

К мерседесу подошли братья-близнецы, и стали облизываться, глядя на мороженое.

- А где мальчик?
- Какой? – посмотрели близнецы друг на друга.
- Лягушонок, - смеялся красный купальник.

Лида подняла голову в чёрных волосах и ответила грубо, словно обвиняла и людей, и реку, и солнце:

- Нету! Утонул.

Лида нервно засуетилась, поправляя жгуче-чёрные волосы, и вдруг поднялась, схватила сумку, и побежала, словно опаздывала на электричку. Но пошла она не к станции, а под мост, где были дикие заросли чертополоха.
Таня подошла к подруге:

- Ты что ревёшь?
- Адрес мне его дайте. Я к нему ездить буду…

… Через неделю в газете было напечатано, что милиционеры отважно, смело спасли жизнь ребёнку на пляже.