От страха Федя зарылся головой под подушку и ещё натянул сверху тёплое стёганое ватное одеяло. Однако назойливый стук в окно продолжался. То усиливался, то иногда затихал – иногда минут на пять, иногда на полчаса.
Часы-ходики с большим маятником, висевшие на стене в комнате и отбивавшие каждые полчаса прошедшего времени звонко-приглушённым звуком – бум-бум-бум - уже показывали три часа ночи.
«И зачем я согласился поехать к бабушке на дачу, – дрожал от страха Федя. – Сидел бы сейчас дома, играл на компе в какую-нибудь игру, и никакие инопланетяне не хотели бы меня похитить. А сейчас эти бяки выследили меня, хотят увезти на космический корабль для опытов. О Боже! Когда же это кончится», – невольно мысленно повторил мальчик мамину фразу, когда она, картинно заламывая руки в воспитательных целях, пыталась усадить сына за уроки.
Федя, конечно, понимал – всё-таки пятый класс – что столько много времени проводить за компьютерными играми, сколько проводил он – это вредит учёбе. Поэтому мальчик, конечно же, соглашался с мамиными словами и знал, что мама была права и хотела ему лишь всего хорошего. А что заставляла садиться за уроки – так просто она беспокоилась за сына – чтоб оболтусом не вырос.
Но, как говорится, и сила есть, и воля есть, а силы воли не всегда хватало вовремя садиться за стол и делать домашку. Вдруг под одеялом что-то вспыхнуло.
«Пожар», - дёрнулась в мозгу мысль мальчика, - одним глазком он выглянул из-под одеяла.
За окном полыхали молнии – каким-то неестественно-лиловым с жёлтой прожилью цветом. Вскоре цветопляска прекратилась. А через пару секунд раскаты грома грянули так, что, казалось, небольшой бабушкин дощатый домик вот-вот развалится весь – крыша, стены, фундамент из каких-то самодельных свай… Потом всё стихло. Как вдруг в окно опять раздался стук. Настойчивый, даже назойливый. И всё более усиливающийся.
«Это ОНИ. Пришли за мной!», - Феде казалось, что он всё понял и дело теперь лишь в том, чтобы придумать как сбежать от преследовавших его инопланетян.
«Подняться на чердак и оттуда, открыв окно, спрыгнуть на землю. Но в такую погоду можно запросто сломать ногу или получить ещё более серьёзную травму. - Здраво рассудил подросток. - Что же делать? Как быть? Как спастись? - пульсировали мысли в голове, сплетаясь в какую-то липкую обволакивающую паутину. – Выхода нет! А может сдаться? Так ИМ только этого и надо. Распотрошат, вырежут органы – сердце, мозг, почки, селезёнку, лёгкие… Скальп снимут - волосы тоже денег стоят. Сперва изучат, а потом продадут … Нет, сдаваться тоже не выход. Что же делать? Что?»
Вспомнил отца, деда-фронтовика. Вспомнил как читал книги писателя Андрея Чувилина: «Так просто не сдамся. Буду сражаться. Со мной мои предки».
Не зря Федя любил читать книги: «Надо выстроить оборону…»
В небольшом садовом домике был кое-какой инструмент - иногда было недосуг относить его в сарай. Первый рубеж – резко открыть дверь и ударить врагов лопатой поверх туловища, в шею (Федя почему-то предполагал, что строение организмов инопланетян схоже с людскими).
«Если же они ˶на плечах ̋ ворвутся в дом, пара стульев задержит их передвижение. А удар табуреткой по агрессорам сможет остановить их напор, - мысли мальчика сконцентрировались, страх куда-то ушёл, испарился, пропал, канул в преисподнюю. – Ну а если уж и это не приведёт врагов в чувство, не остановит их – тогда третий рубеж обороны».
Сразу за дверным проёмом на кухню, слева, Федя приготовил топор. Средних размеров. Поставил его на пол ручкой вверх. Поскольку дверь открывалась направо, то ничего не мешало бы ему при отступлении к третьему рубежу обороны, сражаясь табуреткой лицом к агрессору спиной открыть дверь на кухню, схватить топор и рубить им врага. На всю эту военную операцию по защите от вражеского нашествия – от замысла контратаки со штыковой лопатой до реализации строительства рубежей обороны у подростка ушло не более пары минут. Стресс, страх, превратившиеся в энергию сопротивления, сделали своё дело.
Взял штыковую лопату наперевес. Тихонько открыл замок. Ногой ударил в дверь. Она распахнулась, резко провернувшись на петлях. Свежий грозовой воздух обдал сочной ясностью; полыхнувшая молния высветила звериный оскал на лице юного человека со штыковой лопатой наперевес, готового нанести разящие смертельные удары по агрессору.
НИКОГО!!!
Лишь незрелое зелёное яблоко, раскачивающееся на длинной ветке старого дерева злобно, покачивалось прямо у окна. Порыв ветра качнул ветку и яблоко снова застучало в окно…
«Да, поменьше надо играть в компьютерные игры. Правильно папа говорит: «Делу – время, потехе – час», - подумал Фёдор.
Вернулся в дом, закрыв на замок дверь. Сел на кровать… Нервное напряжение спало, но сделало своё дело. Уже засыпая, Федя вспомнил, как бабушка часто повторяла поговорку:
Видеогалерея
Фотогалерея
Аудиогалерея
Магазин
