Поэзия

Уж не знаю — было это?
Осень с медною листвой…
И бежала ты с букетом
На свидание со мной.

На минутное свиданье
Из другого городка
Презревая расстоянья,
Даже целые века!

Челка рыжая шальная,
Брови норочьи дугой
И улыбка озорная
Озаряла облик твой.

За окном зима другая,
В толще снега...

Безысходность и одиночество,
Бесконечность чужих планет.
Будто чьё-то злое пророчество
Ослепляет, как яркий свет.

Ощущение горькой радости
Сладкой местью прилипнет к губам.
От любви, как от мерзкой гадости,
Откреститься пора бы нам.

И, сославшись на муки творчества,
Потеряю я твой силуэт.
Так сбывается наше пророчество,
Не достигнув чужих планет.

А во мне давно меня уже нет –

Не сберёг крылатый мой страж…

Где мистик, где нацбол, где поэт?!

Где просто весёлый алкаш?

С. Посохов «Воедино»

А во мне давно меня уже нет –
Поселился там кто-то другой.
Свысока глядит на белый он свет,
Важно тычет в указы...

Как больно лежать, просто так, и смотреть в потолок –
И тысячи мыслей в свободном бегут хороводе.
Когда накрывает стремительный, быстрый поток,
И ты не в плену, но уже не живёшь на свободе.

Как больно простить, в сотый раз, взяв вину на себя,
Чтобы молнию гнева с небес на тебя не накликать.
А мне закричать бы, что я отпускаю любя,
Но голоса нет, чтоб...

Застывала горестною статуей.
Спотыкалась, не могла уйти.
Верила, что на сердце, заплатою,
всё же ляжет горькое «прости!»

Дверь открыть – за гранью невозможного.
Смертной казнью – шаг через порог.
Липким сгустком обвиненья ложного
в спину... нет, не пуля, а плевок.

Стыли руки.
Пальцами дрожащими
ручку всё не повернуть никак......

Найдём ли утерянный разум,
Читая былины о предках?
Землицу теряем как базу
Ведической Веры нередко.

Лицемерия слёзы роняем,
Честь обессилила, съежилась.
Торгашеством ум заполняем,
Душ бездуховность размножаем.

Русь, как шагренева кожица,
Скукожилась до бессовести.
Нерусь с алчной рожицей
Верстает лживые повести.

Платим духовностью...

Константин Батюшков

Вакханка

Все на праздник Эригоны
Жрицы Вакховы текли;
Ветры с шумом разнесли
Громкий вой их, плеск и стоны.
В чаще дикой и глухой
Нимфа юная отстала;
Я за ней – она бежала
Легче серны молодой.
Эвры волосы взвевали,
Перевитые плющом;
Нагло ризы поднимали
И свивали их клубком.
Стройный...

Под каблуком заточенным – акселератор в пол,
мчит по заезженным истинам плоский «любить» глагол.
Эти желтки квадратные – окна на склоне дня,
ленточкой поля взлётного манят, но не меня.
Как вам живётся, можется – спальни, дети, борщи?
Что же неймётся, Господи, Господи, не взыщи
за превосходство мнимое, желчность, циничный слог
длинных запутанных строчек,...

Так выглядит лето во Владивостоке:
На крышах и в море дождя барабан,
Волною прибитый солёный туман,
Муссоном размытые мысли и строки.
Так выглядит лето во Владивостоке:
Промокшие чайки, огней карнавал,
Маяк, обвенчавший растерянность скал,
Дождями захваченные водостоки.
Так выглядит лето во Владивостоке:
Брюнетка. Скрещенные руки. Вокзал.
Ресницы. За...

Побудь со мной, пока мне будет плохо.
Побудь со мной, когда мне хорошо.
Зачем искать в доверии подвоха,
Играть в слова с наивною душой?

Исчезла правда в бездне между строчек,
Разбавила её глухая ложь.
Дойди со мной, пожалуйста, до точек
И выслушай: сегодня будет дождь -

Я буду долго плакать от обиды,
Кидая оскорбленья в потолок.
А ты сердись... не...