О некоторых чертах современного российского театра кукол

Дата: 10 Ноября 2017 Автор: Королев Александр

Размышления по поводу Образцовфеста
 
Под броским лозунгом «Регионы России. Впервые в Москве!» с 8 по 15 октября 2017 года в столице проходил масштабный Международный фестиваль театров кукол им. С.В. Образцова (именуемый для краткости Образцовфест). Как ясно из названия, организатором фестиваля выступил Государственный академический центральный театр кукол имени Сергея Владимировича Образцова. За фестивальную неделю поклонники театра кукол смогли увидеть 19 хороших спектаклей, показанных на трех сценах ГАЦТК. В программу показа вошли театры Центральной России, Крыма, Кавказа и Сибири. Кроме того, гостем фестиваля стал Донецкий республиканский академический театр кукол. Организаторы Образцовфеста проделали колоссальную подготовительную работу по отбору спектаклей, постарались достойно разместить их участников в Москве, предоставив возможность продемонстрировать произведения, созданные с применением разных систем театральных кукол и практически для всех возрастных категорий зрителей. Наконец, в рамках фестиваля прошла конференция режиссеров театров кукол. Ведущий кукольный театр России сам при этом  устранился, не заявив в фестивальной программе ни одного своего спектакля в качестве участника.

Спектакли были представлены очень разные, однако при всех их отличиях, можно наметить некоторые черты, характеризующие современный этап в развитии искусства играющих кукол в России. Прежде всего, заметно, что российские режиссеры театров кукол стремятся заложить в спектакль некую идею, что-то объяснить и чему-то научить. Отсюда такое большое внимание наших кукольников к литературной основе спектакля. Тут, вероятно, сказывается наследие когда-то самой читающей страны в мире. Неудивительно, что десять из девятнадцати (больше половины!) фестивальных спектаклей созданы по мотивам литературной классики XIX-XX веков. Российские режиссеры, как и во времена С.В. Образцова, весьма озабочены вопросами «о чем это?» и «для чего это?». Но в отличие от создателя ГАЦТК, стремившегося, прежде всего, развлечь зрителя, особенно не перегружая «Мариванн и Иваныванычей», режиссеры, представлявшие свои работы на Образцовфесте, нередко старались поставить перед людьми, сидящими в зале, духовно-нравственные вопросы, даже пытаясь сформировать определенную систему ценностей.

Пермский театр кукол предложил вниманию московских зрителей совсем свежий спектакль «Превращение» (премьера состоялась 28 июля 2017 г.), определенный создателями как «оксюморон по мотивам одноименной новеллы Франца Кафки» (возрастная категория зрителей 16+; автор сценической версии и режиссер Александр Борок, художник Виктор Никоненко). В программке режиссер следующим образом сформулировал основную идею спектакля: «Превращение в жука, несомненно, и есть основная глобальная метафора, за которой может скрываться все что угодно: сын мог внезапно получить инвалидность, или у него могла выявиться неизлечимая болезнь, или могла произойти внезапная смена его социального статуса (он мог враз лишиться работы, жилья, привычного окружения). И вот здесь как раз и происходит истинное «превращение» - это не герой меняется, а меняются в своем отношении к нему члены его семьи. Из обожаемого сына он превращается в изгоя. Из любящих родных они превращаются в отталкивающих его чужих. Вот о чем наш спектакль. Он об одиночестве. О нашей закрытости. О жизни в «жучьем» панцире. Об истинном человеческом обличии». Последняя фраза кажется особенно пугающей, учитывая, что в спектакле, параллельно с развитием основного сюжета, постоянно присутствует дополнительный персонаж – некий художник, действия которого, кажется, никак не связаны с тем, что происходит в комнате Грегора Замзы. У Кафки в финале произведения родные главного героя, благополучно от него освободившиеся, едут за город в трамвае, радуясь возможности после смерти сына и брата начать новую жизнь. Александр Борок усаживает их в автомобиль, которым управляет вышеупомянутый художник, оказывающийся Гитлером. Случившиеся с героями «превращения» кажутся тем более кошмарными, учитывая, что происходят они под нервную, завораживающую музыку Андрея Заноги, непрерывно звучащую на протяжении всех 75 минут спектакля. 

Если пермские кукольники, не оставляют своим героям шанса на духовное возрождение, то в финале спектакля «Теплый хлеб», привезенного в Москву из Сургута (Театр актера и куклы «Петрушка»; возрастная категория 6+; автор пьесы и режиссер Евгения Потапова, художник Юлия Гамзина; премьера состоялась 8 апреля 2016 г.) хорошее в людях побеждает. Несмотря на это, так и осталось непонятно, почему показанная в спектакле история определена его создателями как притча. Действительно, Константин Паустовский, по одноименной сказке которого поставлен сургутский спектакль, на примере истории переворота, произошедшего в душе мальчика Фильки по прозвищу Ну Тебя, поднимает проблемы добра и зла, воздаяния человеку по делам его, но его повествование вполне конкретно, не случайно всякий элемент мистики он устраняет и даже волшебная сорока в конце концов оказывается пустой трещоткой. Евгении Потаповой в проблему добра, как мерила человеческих дел, погрузить зрителя удалось, но подняться над материалом Паустовского до уровня притчи – нет.

В Вологодском областном театре кукол «Теремок» предложили другой вариант решения задачи духовного развития зрителя. Спектакль «Повесть о Дионисии-иконнике» (возрастная категория 12+; авторы Дмитрий Войдак и Олег Жюгжда; режиссер Олег Жюгжда; художник Лариса Микина-Прободяк; композитор Виталий Леонов; премьера состоялась 1 июля 2016 г.) был заявлен в программе как «сценическая фантазия о жизни и творчестве великого древнерусского художника». С одной стороны зрителям была вроде бы предложена история конкретного человека – великого иконописца Дионисия, результаты творческих исканий которого можно увидеть в Ферапонтовом монастыре и в лучших музейных собраниях России. С другой – это сценическая фантазия, где биография Дионисия лишь повод для размышлений о пути творческой личности, в итоге которых зрители прослушали некий свод правил жизни иконописца (творческого человека), поднявшегося на недосягаемую нравственную высоту. На чувства зрителей воздействовали не только диалоги марионеток, но и духовные песнопения и народные песни Вологодской губернии, замечательно исполненные актерами, работавшими открытым приемом, и не стеснявшимися выступать партнерами кукол вживую. Так или иначе, вседейство крутилось вокруг религиозных вопросов.

На теже нравственно-религиозные размышления неизбежно должна была натолкнуть зрителя и поставленная в Иркутске по мотивам сказки великого писателя-моралиста Николая Лескова «Живая душа» (Иркутский областной театр кукол «Аистенок»; возрастная категория 6+; автор сценария и режиссер Юрий Уткин; художник Наталья Павлишина; премьера состоялась в сентябре 2013 г.).

Наконец, два спектакля в программе фестиваля (Ярославского государственного театра кукол и Донецкого республиканского академического театра кукол) были созданы по мотивам евангельского сюжета о рождении Христа. Ярославская «Драма о царе Ироде» (возрастная категория 8+; автор текста Петр Трофимов; режиссер Алексей Смирнов; художник Елена Береснева; композитор Николай Морозов; премьера состоялась 15 марта 2016 г.) поставлена посредством кукольных персонажей традиционного вертепа. Однако при всем стремлении создателей спектакля имитировать народный вертеп, получился вполне современный кукольный спектакль, причем довольно страшный (впрочем, рождественский вертеп такие эмоции и должен вызывать). Мрачное впечатление, которое оставляла сцена прихода Смерти к Ироду, было замечательно компенсировано воодушевленными песнопениями хора актеров в финале.

Не новая «библейская притча» (как определено в программе) «Дорога в Вифлеем», привезенная из Донецка, (возрастная категория 6+; автор пьесы Сергей Ковалев; режиссер Анатолий Поляк; художник Виктор Никитин; премьера состоялась 9 декабря 2011 г., еще до войны) оставила сложное впечатление. История рождения Христа, рассказанная осликом, с помощью которого Иосиф и Мария с Иисусом бежали от преследований царя Ирода, начинается с демонстрации издевательств хозяина над несчастным главным героем (Осликом) - человек бьет животное, многократно приговаривая «скотина». Даже на взрослых зрителей эта экзекуция произвела тяжелое впечатление, а как ее восприняли шестилетние дети в зале, лучше и не думать. Уставший от издевательств хозяина Ослик приходит к выводу, что все люди плохие. От спустившейся с неба звезды герой получает откровение о том, что Бог есть, и Он нуждается в помощи Ослика. Надеясь, что в благодарность за услугу Бог сделает осла звездой, герой отправляется в Вифлеем. По пути Ослика мучает вопрос, а что если Бог окажется похожим на человека? Ведь все люди – зло! И все последующее действо ни Ослика, ни зрителей в последнем тезисе не разубеждает, хотя и животные, которых герой встречает на своем пути, все как на подбор малопривлекательные. В общем, вплоть до встречи со святым семейством, ничего хорошего вокруг себя Ослик не видит. И даже когда он встречает со стороны Иосифа и Марии доброе отношение и отказывается от мечты стать звездой, решив служить маленькому Богу, мы не слышим от Ослика признания, что люди не все плохи. А жаль! Все-таки и Христос учил другому, и в зале зрители в категории 6+…

Проблема религии, ее места в жизни человека присутствует и в ярком спектакле Ульяновского областного театра кукол имени народной артистки В.М. Леонтьевой «МЮНХГАУЗЕНШОУ» (возрастная категория 14+; режиссер Александр Янушкевич; художник Татьяна Нерсисян; композитор Александр Литвиновский; премьера состоялась 22 апреля 2017 г.). Создатели спектакля обратили свое внимание на замечательную пьесу Григория Горина «Тот самый Мюнхгаузен», в которой наиболее последовательным оппонентом главного героя оказывается Пастор, проклявший вольнодумца-барона, после того как тот усомнился в библейских историях.

Кроме духовно-нравственных, религиозных вопросов режиссеров театров кукол занимают думы о России, ее людях и особенностях в прошлом и настоящем. И здесь наше внимание привлекают два абсолютно непохожих друг на друга спектакля (хотя и сыгранных планшетными куклами). Первый – масштабные по числу персонажей «Мертвые души» - «фантасмагория» по бессмертной поэме Николая Гоголя с финалом Михаила Булгакова, поставленная Оренбургским государственным областным театром кукол (возрастная категория 12+; режиссер Вадим Смирнов;художник Марина Зорина; композитор Виктор Расовский; премьера состоялась 28 апреля 2017 г.). Это был самый продолжительный по времени спектакль фестиваля - 1 час 30 минут без антракта («МЮНХГАУЗЕНШОУ» шел 100 минут, но с антрактом). Просмотр его дался непросто. Создатели спектакля, начав действо как судебный процесс над жалким Чичиковым (кукла), который проводят одетые в крылатки, всевластные люди в масках (чиновники), игру в суд выдержали не везде, увлекшись пересказом произведения Гоголя. Отсюда появились сцены явно ненужные для решения главного вопроса спектакля, обозначенного создателями в программе фестиваля:«Кто виноват: Чичиков, затеявший махинацию, или общество, порождающее Чичиковых?». Решив «припрячь подлеца», Гоголь хотел показать современную российскую действительность через типы людей ее наполняющих. Классику это удалось, Оренбургскому театру кукол - нет. Показать типы людей посредством аляповатых кукол, которыми разыгрывался спектакль, не получилось. Считать, что для характеристики общества, «порождающего Чичиковых», довольно продемонстрировать зрителям пестрых кукольных человечков и подавляющую их серую, пугающую и жестокую российскую власть в исполнении живым планом, по крайней мере, наивно. Мало дают для этой характеристики и образы вечно пьяных и тупых слуг Чичикова (равно как и пьяного Ноздрева). Впрочем, посмотрев оренбургские «Мертвые души» становится понятно, что для характеристики изображаемого на сцене общества подходит одно определение: беспросветность.

Беспросветностью пропитана и «драма на обочине» Пензенского областного театра «Кукольный дом» «Попугай и веники» (возрастная категория 16+; автор Николай Коляда, режиссер Владимир Бирюков, художник Виктор Никоненко; премьера состоялась 29 января 2017 г.). Пьеса была написана в 1997 году, она о людях, которые не нашли себя в «новой» российской жизни. К сожалению, для показанных типов людей (бабка-торговка, спившийся интеллигент и его измученная жена) эта жизнь и по прошествие 20 лет остается новой, чужой. Ощущение полной безнадежности создает и финальная песня героев «А зима будет большая». При том, что в пьесе всего четыре персонажа и ничего нового для зрителя 2017 года их истории не открывают, да и особой пронзительности в этих историях нет, 55-минутный спектакль смотрится на одном дыхании и производит потрясающее впечатление. По окончании «Попугая и веников» зрители не спешили покинуть малый зал ГАЦТК, толпились возле сцены, рассматривая и фотографируя застывших героев спектакля, обсуждая увиденное…

Даже те участники фестиваля, которые обаянию классики не поддались, до религиозных высот подниматься не стали и социальные язвы России решили не демонстрировать, все же постарались донести до зрителя некую идею, поделиться размышлениями, поведать о чем-то наболевшем. В этом смысле, самым исповедальным спектаклем фестиваля стал «Автостоп» томского Театр живых кукол «2+Ку» (возрастная категория 6+; автор пьесы, режиссер, художник Владимир Захаров; премьера состоялась 4 февраля 2016 г.). В течение 45 минут зрители наблюдали завораживающий диалог друзей - человека и кукольного ёжика – решивших оставить надоевшую обстановку и отправиться в путешествие. При всей условности в описании и того, от чего герои уехали, и увиденногоими в пути, очевидно, что подобные искания и встречи понятны всем сидящим в зале. Отсюда и восторженная реакция зрителей после завершения представления.

Любопытно, что создатели и чисто развлекательных постановок, все-таки постарались придать своей работе некую «глубину», если и не по ходу представления, то хотя бы в программке. А иначе как объяснить определение «социально-философская сказка», которое дали своему замечательному, веселому творению (почти скоморошине) о злой жене и Митробе «Варвара Ивановна» (к тому же разыгранному перчаточными куклами), представители Оренбургского муниципального театра кукол «Пьеро» (возрастная категория 12+; по мотивам сказки Бориса Шергина; режиссер Александр Ярилов, художник Марина Ярилова, музыкальное оформление Тамары Пикулевой; премьера состоялась 27 сентября 2012 г.).

Режиссер Светлана Дорожко, напротив, прямо не заявляя о претензиях на какую-либо психологическую составляющую, смогла раскрыть перед зрителями целую жизненную программу-философию своих героев. Точнее, поскольку в программе фестиваля были два ее спектакля, две различные жизненные философии, и обе женские. В обоих случаях Дорожко выступила и в роли автора пьесы.Чувашский государственный театр кукол представил на Образцовфесте ее «волшебную сказку без слов» «Спящая КАРсавица» (возрастная категория 3+; художник Евгения Терентьева; премьера состоялась 19 октября 2014 г.). Главная героиня – мечтательная ворона, которая с высоты своего дерева наблюдает за возней зайцев, бобров и ежей, неизменно приходя им на помощь в решении проблем, которые они в силу своего физического или интеллектуального несовершенства решить неспособны. Но по большей части времени героиня спит, видя во сне летающие морковки и палочки, неизменно складывающиеся в образ Ворона, который, между тем, существует в реальности и, периодически являясь в гнездо спящей Вороны, никак не может ее разбудить. В общем, героиня этой «волшебной сказки» - настоящая находка для поклонников учения Фрейда. По ходу действия сменяются времена года, наступает поздняя осень, проснувшейся, наконец, героине уже кажется, что «все в прошлом» и ничего хорошего в дальнейшем не предвидится. В этот-то момент и происходит ее встреча с терпеливым влюбленным Вороном на радость зайцев, ежей и бобров.

Если в спектакле, привезенном в Москву из Чебоксар, в центре повествования некая интеллигентная Ворона, едва не проспавшая свое счастье и не оставшаяся в старых девах, то главная героиня мюзикла, поставленного  Дорожко в Самарском театре кукол по мотивам английской народной сказки, «LITTLEMOUSE или сказка про полевую мышку, которая хотела стать настоящей леди» (возрастная категория 5+; художник-постановщик Ольга Устюгова; композитор Татьяна Алешина; премьера состоялась 6 декабря 2014 г.) – миленькая мещанка, ставящая перед собой вполне конкретную цель: посредством брака по расчету пролезть в высшее общество. Обжегшись на «джентльменах» - петухе, жеребце и коте (последний ее едва не съел!) – и, поумнев, мышка, наконец, обращает внимание на ухажера из своего круга – крота, оказавшегося достойной партией. Этот спектакль производит очень приятное впечатление забавными песенками героев – удивительно, сколько всего, оказывается, куклы могут пропеть за 35 минут, не утомив, а оставив у зрителя отличное настроение и желание даже после представления напевать партии женихов героини!

Если же сопоставить время рождения спектаклей – октябрь (Чебоксары) и декабрь (Самара) 2014 года – творческая активность Светланы Дорожко просто поразительна. Создать практически одновременно, в двух разных театрах спектакли с разными системами кукол, на столь отличном материале, с разным сценическим решением и про таких разных героинь!

Рассказав о фестивальных спектаклях Светланы Дорожко, к месту поднять еще одну проблему - проблему драматургии театра кукол. Российские режиссеры или пишут пьесы сами, или берут произведения, написанные не для театра кукол, и приноравливают их для своих нужд. И далеко не у всех получается выступить в роли хороших драматургов, а уж тем более предложить зрителям оригинальный, ну, или хотя бы не затертый сюжет. Отсюда и столько классики на фестивале.Отрадно, что зрители могут прикоснуться в театре кукол к произведениям Пушкина, Гоголя,  Лескова, Булгакова, Грина, Кафки и др. Грустно, если в результате творческих усилий режиссера или даже специально приглашенного перелицевать великое творение драматурга зритель видит лишь иллюстрацию к тексту или сюжету авторского произведения. Из спектаклей, представленных на фестивале, таким буквализмом страдают и сургутский «Теплый хлеб», и иркутская «Живая душа», и оренбургские «Мертвые души» и «Варвара Ивановна».

Но особо хотелось бы обратить внимание на «Алые паруса», поставленные по бессмертному творению Александра Грина Дагестанским государственным театром кукол (возрастная категория 12+; автор пьесы для театра кукол Сергей Плотов; режиссер и художник Виктор Никоненко; премьера состоялась 29 октября 2016 г.). Гриновские «Паруса» были уже столько раз «надуты» в самых разных жанрах, что надо было предложить, действительно, очень оригинальное решение, при котором очередная постановка имела бы смысл. Этого, зная предыдущие работы Виктора Никоненко, и ждали от спектакля, привезенного в Москву из Махачкалы. В итоге зрители в течение 55 минут прослушали прочитанное им переложение произведения Грина, разглядывая на сцене симпатичный кораблик, создающие иллюзию морских волн куски материи, видя периодическое передвижение взад-вперед по выстроенной за ними галерее (или лесу) невнятных и небольших для предложенной сценической площадки кукол, и любуясь возникающими наверху этой  своеобразной пирамиды-декорации большими, сделанными в рост человека, красивыми куклами Ассоль и Грэя, настолько лишенными кукольной условности, что невольно возникал вопрос: «А не проще ли было вместо них показывать настоящих девушку и юношу?» В общем, создатели спектакля не совладали с выбранным для постановки материалом.

Использованные для создания спектаклей классики не писали свои произведения для постановки в театре кукол. Даже если мы имеем дело с уже готовыми пьесами (Григория Горина или Николая Коляды) стоит учитывать, что они были созданы для «человеческого» театра. Для того, чтобы оправдать их постановку в театре кукол, наверное, необходимо предложить такое решение, чтобы стало понятно, зачем это здесь поставлено. К сожалению, независимо от того, что в пензенском «Попугае и вениках» нет и намека на живой план (это классический кукольный спектакль) и один из персонажей – попугай, все-таки зрители увидели постановку, которую вполне можно осуществить силами живых актеров. В ульяновском «МЮНХГАУЗЕНШОУ», почти буквально передающем пьесу Горина, нерв спектакля еще более сконцентрирован в работе актеров живым планом, пусть они и одели маски, и взяли в руки кукол. При этом, как уже было сказано, обе работы очень интересные, яркие, и, надеюсь, будут иметь долгую жизнь.

Учитывая специфику жанра, решение, наверное, можно было бы найти в новой интерпретации классических сюжетов. Но в кукольном театре это неминуемо привело бы к насмешке над классикой. Как известно, этим ныне вовсю заняты в «человеческом», драматическом театре, где режиссеры увлечены вольной интерпретацией всем известного и «по своему» прочитанного текста, в который вкладывается новый смысл. Судя по спектаклям Образцовфеста, разрушительный постмодерн к счастью (или к несчастью?) в российском театре кукол не процветает.

Из девятнадцати спектаклей программы лишь один «готический анекдот по повести А.С. Пушкина» «Пиковая дама» санкт-петербургского театра «Кукольный формат KUKFO» (возрастная категория 12+; режиссеры-постановщики Анна Викторова, Денис Шадрин, художник Анна Викторова; премьера состоялась 19 ноября 2015 г.) можно заподозрить в постмодернистских наклонностях. Однако, даже несмотря, на то, что началу действа предшествует картежный интерактив актеров со зрителями, повествование начинается со сцены забавной игрой в карты Гоголя, Пушкина, Некрасова, Достоевского и Крылова (не очень узнаваемого), а по ходу спектакля актеры позволяют себе некоторые «вольности» в сценах с престарелой графиней, все-таки содержание великого пушкинского произведения сохраняется в неизвращенном виде, и, как и в других «классических» постановках фестиваля, зрелище сопровождается произнесением текста «от автора». В общем, режиссерам-кукольникам присуще бережное отношение к классике. Впрочем, тут мы, возможно, имеем дело с предварительными отбором и отсевом, предпринятыми организаторами фестиваля по своему вкусу.

Новых пьес специально написанных для театра кукол профессиональными литераторами мало. Точнее мало востребованных пьес. Драматургу не всегда удается уловить специфику жанра, но даже если у него это получается, ему еще нужно угодить режиссеру, оказаться с ним «на одной волне». Отсюда и ситуация, при которой более-менее удачные произведения идут нарасхват. Сегодня практически в большинстве российских театров кукол есть свое «Солнышко и снежные человечки» по пьесе А. Веселова. Попало оно и в программу Образцовфеста. «Солнышко» привез из Севастополя Театр им. Кукол (возрастная категория 3+; режиссер Артем Макеев, художник Елена Собянина; премьера состоялась 25 декабря 2015 г.). Театр им. Кукол очень молодой – он и открылся-то премьерой «Солнышка». И надо сказать, что на сегодняшний день это одна из лучших постановок истории о жертвенности снеговиков. Артисты Екатерина Старикова и Илья

Шевченко на очень ограниченном пространстве, посредством довольно простых планшетных плоскостных кукол и собственных рук сумели показать мир, который открывается перед героями спектакля, таким, что решение снеговиков растаять ради этого мира становится понятным и оправданным. Наверное, режиссеры и дальше будут ставить «Солнышко и снежных человечков», и наверняка среди них будут удачные работы. Ну, а решение организаторов Образцовфеста допустить участие в программе спектакля, поставленного по пьесе, которая слишком востребована театрами и всем известна, вполне оправдано. С одной стороны, это решение позволяет еще раз обратиться к проблеме скудости драматургического материала, который используется театрами кукол. А с другой, позволяет продемонстрировать, что и по всем известной пьесе можно поставить интересный спектакль. Наверное, занятный бы вышел опыт, если б в рамках какого-нибудь фестиваля собрали спектакли разных театров кукол, поставленные по одной и той же пьесе. Вот уж тогда поистине получилось бы соревнование не по литературной части, а в искусстве играющих кукол!

В настоящем очерке я столько внимания уделил именно литературной составляющей, поскольку она для российских кукольников первична. Трюки с куклами, демонстрация мастерства кукловождения – увы, у нас стоят не на первом месте. Главное – идея! Иногда складывается впечатление, что в театрах кукол России гораздо более озабочены поиском хорошей литературной основы для спектакля, нежели попытками изобрести новые методы ее представления посредством кукол. Это вовсе не значит, что наши кукольники не умеют работать с куклой. Нет, Образцовфест показал, что российские режиссеры стремятся использовать все системы кукол, иногда, правда, злоупотребляя их смешением в рамках одного спектакля, что не всегда смотрится органично. Примеры: вышеупомянутые ярославская «Драма о царе Ироде» и самарская «LITTLEMOUSE». Последнее замечание можно адресовать и «Бармалею» по сказкам Корнея Чуковского Владимирского областного театра кукол (возрастная категория 3+; автор пьесы и режиссер Владислав Костин, художник Денис Токарев, композитор Алексей Сидорцев, хореограф Александр Ледовской; премьера состоялась 21 апреля 2017 г.), о котором мы еще будем говорить.

Российские актеры умеют хорошо водить куклу. Впрочем, тут нет ничего удивительного – вряд ли на Образцовфест были бы вообще допущены непрофессиональные спектакли. Особо стоит коснуться «Солдата и ведьмы» по сказке Андерсена «Огниво» Чеченского государственного театра юного зрителя (возрастная категория 5+; режиссер Лилия Шахова, художник Альбина Дзарахохова; премьера состоялась 22 июня 2017 г.). Пенять артистам из Грозного за пусть и старательное, но не виртуозное владение куклой не стоит. Само возрождение кукольного театра в Чечне, его появление на фестивале в Москве можно расценивать как очень важное событие. Пока мы увидели лишь попытку следовать неким «лучшим» стандартам – простенькие тростевые куклы, ширма, пьеса «образцовца» Евгения Сперанского… К сожалению, эти стандарты устаревшие, да и вряд ли они являются естественными для искусства Чечни. Чеченскому театру кукол  предстоит найти свой путь (если он, конечно, существует). По, крайне мере, тот энтузиазм, с которым работали артисты из Грозного, внушает на это надежду.

Тут, кстати, следует поместить еще одно наблюдение, сложившееся по итогам фестиваля, чтобы потом к этому уже не возвращаться. Судя по программе Образцовфеста, российский театр кукол существует преимущественно как русский, лишенный иной национальной специфики. Это понятно по спектаклям, которые были привезены в Москву из Махачкалы, Грозного и Чебоксар. Более того, работы режиссеров и художников из Белоруссии, созданные в российских театрах кукол (Александра Янушкевича и Татьяны Нерсисян; Олега Жюгжды и Ларисы Микиной-Прободяк), манера, в которой сделан спектакль Донецкого республиканского академического театра кукол, демонстрируют то, что по-прежнему в Восточной Европе сохраняется общерусское культурное пространство. Наконец, активное перемещение режиссеров из театра в театр (особенно в этом смысле активны санкт-петербуржцы) – свидетельство существования театрального кукольного сообщества, в котором все друг друга знают и взаимодействуют.

Возвращаясь к проблеме кукловождения, приходится признать, что в рамках спектаклей фестивальной программы было мало оригинальных номеров с куклами. И я не думаю, что здесь вина организаторов Образцовфеста. То, как ждали из Томска Владимира Захарова с его куклами «на запястье», любопытной компьютерной системой управления действом (и он, надо сказать, ожиданий не обманул!), свидетельствует о том, что в ГАЦТК были готовы показать на фестивале что-то новенькое, нестандартное. Любопытные по конструкции куклы были в ярославской «Драме о царе Ироде». Куклы курили в пензенском «Попугае и вениках». Но в фестивальной программе был, пожалуй, всего один спектакль, созданный как набор номеров с куклами. Это «Маленькая ночная серенада» Рязанского государственного областного театра (возрастная категория 4+; автор пьесы и режиссер Светлана Озерская, художник Андрей Запорожский; премьера состоялась 26 апреля 2017 г.). Но и здесь не обошлось без живого плана – в начале и конце спектакля появилась актриса, изображавшая мать маленького кукольного Моцарта, которая укладывала спать своего беспокойного гениального малыша. В остальном все 45-тиминутное действо шло посредством черного кабинета с щедрым демонстрированием зрителям возможностей мультимедийных технологий. Не знаю насколько «кукольная фантазия о путешествиях Моцарта во сне по сюжетам своей, пока еще не сочиненной музыки» интересна четырехлетним детям. Есть ощущение, что возрастная категория спектакля слишком занижена. А своей технической продвинутостью рязанцы, конечно, обратили на себя внимание. Но при просмотре меня не отпускала мысль, что нечто подобное уже делалось когда-то. На память приходили замечательные анимационные шедевры Уолта Диснея «Фантазия» (1940 год),«Создай мою музыку» (1946 год) и «Мелодия времени» (1948 год). Парадокс, но именно чрезмерной «мультимедийностью», нарочитым стремлением уйти от традиционного кукольного театра, рязанский спектакльлишь усиливал впечатление о его вторичности.

Бросается в глаза уже отмечавшееся тяготение режиссеров к живому плану. Только в шести спектаклях фестивальной программы (из 19-ти!) вообще не было видно людей. В тринадцати актеры, если и не работали живым планом постоянно, то периодически «включались» в действо! Где-то это было оправдано, где-то просто необходимо (как в «Превращении» и «Автостопе»), но где-то свидетельствовало о том, что режиссеры попросту решили сэкономить, если не финансово, то творчески – пошли по наиболее простому пути, не стали перенапрягать свою фантазию, придумывая кукольные ходы, все взвалив на людей. Актеры, конечно, с увлечением поют и танцуют, декламируют – кто-то хорошо, кто-то посредственно. При всем изобилии кукол в «Бармалее» Владимирского областного театра кукол (и тростевые, и ростовые куклы, и теневой театр, и маски) кукол по большей части носят по сцене, показывая посредством их яркие картинки, а вся работа по продвижению действа возложена на живых актеров, не всегда обладающих достойными вокальными данными для того чтобы пропеть даже непритязательные стихи Чуковского (речь ни в коем случае не идет о прекрасном инструментальном дуэте, который по ходу представления  замечательно приноравливал известные шлягеры к музыкальным запросам режиссера Владислава Костина). Громко притоптывали по сцене, обозначая народный танец, актеры в сургутском «Теплом хлебе», пытаясь создать в зале атмосферу радости по поводу спасения людей от лютого мороза. Даже там, где можно было доносить до зрителя происходящее на сцене посредством кукол, актеры предпочитали делать это сами. Мало того, что куклы лишь иллюстрировали произносимый за сценой текст, в конце концов, в финале их попросту отложили, досказав вживую, чем все закончилось. Нечто подобное случилось и с иркутской «Живой душой». Все началось с красивых песнопений актеров (хорошая работа педагога по вокалу А. Харитоновой), появившихся на сцене малого зала ГАЦТК в ярких костюмах, держа в руках забавных планшетных кукол, между которыми затем начался диалог-характеристика душевной убогости одной богатой деревни. Далее, по ходу спектакля, действие «ускорялось» авторским текстом, кукол становилось все «меньше», в конце про них почти забыли, оставив где-то на заднем плане, завершив спектакль устным сообщением,чем же все-таки закончилось противостояние между Маланьей и Смертью. Поневоле возникает впечатление,будто режиссер Юрий Уткин, решив, что лесковская история, в которой фигурируют сухорукий мальчик Ерашкаи безногая девочка Живулечка, самая, что ни на есть кукольная, придумал для этой истории начало, но на этом его творческий заряд и закончился. А вообще, сопоставив смысл сказки Николая Лескова с тем, что Юрий Уткин воспроизвел на сцене, думается, что режиссер и задумываться над произведением особо не стал – уж слишком легковесно у него все вышло.

Представляется, что работа над спектаклем в российских театрах часто выстраивается в следующей последовательности. Сначала – литературная идея, потом – красивая картинка, а лишь затем вопрос о том, как эту картинку оживлять.И, наверное, если бы не интересные решения, предложенные художниками Татьяной Нерсисян для «МЮНХГАУЗЕНШОУ»,  Мариной Яриловой для «Варвары Ивановны», Виктора Никоненко для «Попугая и веников», Ольги Устюговой для «LITTLEMOUSE»,Натальи Павлишиной для «Живой души» и Виктора Никитина для «Дороги в Вифлеем», эти спектакли не получились бы столь колоритными, запоминающимися. Для Виктора Никоненко Образцовфест стал почти бенефисом – он принимал участие в создании трех спектаклей фестивальной программы. И, наверное, в ГАЦТК на них остановили выбор для показа на своей площадке без учета служебного положения художника. 

Подводя итоги, можно утверждать, что Образцовфест состоялся в прямом и переносном смысле. Будем надеяться, что он не станет первым и последним, а превратится в традиционный смотр достижений российских театров кукол. По крайней мере, свое лицо фестиваль приобрел и в следующий раз в напечатанных к его открытию приветствиях участникам уже, наверное, не будет забавной разноголосицы. А то советник Президента Российской Федерации Владимир Толстой вдруг заявил, что это «IX Международный фестиваль театров кукол им. Сергея Образцова», а председатель СТД РФ Александр Калягин отметил, что фестивалю «уже много лет». Более осторожно высказался министр культуры Владимир Мединский, заметивший, что «знаменитый Образцовский фестиваль театров кукол» «впервые» проходит «в особенном формате».

Образцовфест стал настоящим театральным марафоном. В одну неделю - 19 спектаклей! Может быть, в следующий раз организаторы несколько растянут его по времени. Конечно,конференция режиссеров важна, но и обычные зрители хотят увидеть всю фестивальную программу. Вот и главный режиссер ГАЦТК Борис Константинов во вступлении к программе фестиваля говорит о том же: «Встреча профессионалов – это радость общения на своем языке, но, безусловно, самый главный диалог на фестивале – со зрителями. Именно вам, дорогие зрители «Образцовфеста-2017», представится уникальная возможность побывать в разных уголках нашей страны – от Санкт-Петербурга до Иркутска, не покидая Садового кольца!» Пусть в следующий раз эта возможность станет доступнее! 

Перейти в архив


Оценка (0.00) | Просмотров: (445)

Новинки видео


Другие видео(83)

Новинки аудио

If day shoyld part us P.B. Shelly.
Аудио-архив(96)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход