Суп из колбасных палочек

Дата: 25 Июля 2016 Автор: Виктор Ч. Стасевич

(по мотивам сказок и историй Г.Х.Андерсена)
 
Действующие лица
Георг Снежистый − мышь белая, аристократ, впечатлителен и излишне романтичен.
Эмиль Серый Хвост − весёлый, серый прохвост.
Лаура-мша − принцесса, серебристо-серой шкурки, взбалмошна, но добрая и мечтательная.
Мшинь XVпросто мышиный король, гурман, склонен к великодушной тирании.
Душинь Старший − королевский советник, перекрашенная мышь, сутяжник по призванию.
Кот Себастьян − местный пэр и коннетабль графства, немного бессовестный волшебник.
Хлодур Бесстрашный − мышь-рыцарь, фанфарон, задира и редчайший трус, обожает ябедничать и подглядывать.
Палач Бенедикт Жалобный − добрейшей души мышь, простодушен, очень ответственный работник.
Шеве Длинноусая − старая фрейлина принцессы, непредсказуемая, много лет мечтает составить с кем-нибудь хорошую партию, то есть выйти за муж.
Хвостатыч − суровый садовник.
 
Придворные разных калибров и фасонов.
………
Действие первое
 
Сцена 1
 
Опушка леса, поваленное дерево, на нём сидит белая мышь, пытаясь изобразить из себя полководца, размахивая палкой, то, как саблей, то, как маршальским жезлом. Рядом примостился серый мышь, копается в котомке в поисках съестного, но безуспешно. Белая мышь тоже разочарован, он опускает палку, перед этим он явно направлял полки на вражеские редуты, бросает свой «жезл», вздыхает и сетует на жизнь.
 
Георг Снежистый. Ох, до чего моя жизнь пустячная, понюшки табаку не стоит, уж не говоря про колбасные огрызки… Вот посуди сам, ты Эмиль, мышь из простых, серых сословий, не  зря у тебя прозвище Серый Хвост, а я из аристократов, белых мышей, чистой снежной шкурки, но толку от меня, что от старых листьев в лесу… Видимо это от того, что я родился под созвездием Тачки. Ой, даже не смотри на меня своими удивлёнными глазами, не сверли своими маленькими бусинками, отливающими на весь белый свет столько лукавства и хитрости, что даже сырным дыркам тесно становиться, не смотри и не спрашивай про это созвездие. Я тебе отвечу, что не знаю где оно водиться, и какая сальная свеча её освещает. Так говаривала моя маман, серебристая с коричневой подпалиной на левом боку мышь королевского дома. Она так и говорила, «О, Георг, когда ты родился, на небе взошло новое созвездие с немудрёным названием, − Тачка, − тебя вечно надо подталкивать. Ты не способен ни на какой поступок, ни на какое действие, готов лишь сидеть в скорлупковом кресле, лизать упругий бок сыра и рассматривать цветы в саду». И она права, я никчемный мечтатель, а теперь мне такое беспощадное наказание, ехать ко двору его величества мышиного короля и там делать карьеру. Я даже не знаю, что это такое. Может мы лучше свернём с дороги, да заляжем в саду, а ты будешь таскать мне с кухни сладкие обрезки колбасок и сыра, а?

Эмиль. Никак нельзя, ваша матушка обещала мне обрезать хвостик по самые верхние лапки, если я не присмотрю за вами должным образом…

Георг Снежистый.  Вот ты и присмотришь, чтобы я был при деле и еде.

Эмиль. Какое ж это дело, его тут нет, даже если и приглядываться через осколок зелёного бутылочного стекла, одно безделье.

Георг Снежистый.  У-у, разве это правильно?! Нет, жизнь пуста и пропащая! Куда не глянь − везде плохо!

Эмиль. Ваше белейшешерстяное, это не жизнь такая, это ваш нрав такой. Жизнь создана для того, чтобы ей радоваться. Посмотрите вокруг, какая благодать, а у вас ещё и солидное наследство, оно, конечно, не может сравниться с моим, оно великолепно, но моё наилучшее…

Георг Снежистый.  У тебя наследство?! (удивлён) Откуда, насколько я знаю, тебе достался старый медный подсвечник, да и тот без вкусной сальной свечи, да пара деревянных башмаков.

Эмиль. Всё правильно, однако вы не достаточно осведомлены.

Георг Снежистый.  Неужели?! Расскажи, только скорей, я не люблю, когда от нетерпения у меня дрожит кончик хвостика, это недостойно мыши моего положения.

Эмиль. Мой отец, славный мышь, хороший семьянин, только нас детей он произвёл на белый свет не меньше ста штук, я иногда даже путаюсь, кого, как зовут…, так вот он оставил мне лучшее, что у него было − свой весёлый нрав! 

Георг Снежистый.  Поразительно! И как ему удалось?

Эмиль. История умалчивает, хотя она живёт и питается мелочами. Мой отец был живой весельчак, толстый и круглый, душа любого общества, и, кстати, никогда он не был в разладе с собой, несмотря на свою высокую должность.

Георг Снежистый.  Постой, он занимал должность?

Эмиль. Конечно, мы все мыши рода Серых хвостов при должностях и при высоких особах. Я вот при вас, а что, на безколбасье и сухарик рыбка, так говаривал мой дед.

Георг Снежистый.  Давай без излишних подробностей, так кто был твой отец?

Эмиль.  Мой отец не был ни торгашём, ни заплечных дел мастером. Напротив, согласно табели рангов, он занимал место во главе почтеннейших лиц нашего городка…

Георг Снежистый.  Потрясающе…

Эмиль. Зря сомневаетесь. Место это было  его по праву. Ему приходилось быть впереди всех − и епископа, и принцев шерсти, а иногда и короля, в особых случаях…

Георг Снежистый.  А… почему…?

Эмиль.  Такова должность, и заметьте, ваше белошерстие, он при всём при этом сохранял весёлость и доброжелательность. Вот, бывало, глянешь на него…

Георг Снежистый.  Подожди, подожди, кем он всё-таки был, что столь почётное место ему всегда отводилось?

Эмиль.  А, вы про должность отца?

Георг Снежистый.  Только не тяни кота!

Эмиль. Он восседал на козлах погребальной колесницы.

Георг Снежистый.  Что?!

Эмиль. Да, и я могу лишь одно прибавить, когда на него смотрели, восседавшего на колеснице смерти, укутанного в длинный, широкий чёрный плащ, в обшитой чёрной каймой треуголке на голове…

Георг Снежистый.  Какой ужас! И ты об этом так радостно рассказываешь?!

Эмиль. Не перебивайте, вашество, так вот когда смотрели на его весёлую, круглую как солнце, смеющуюся мордочку, то никому и в голову не приходили скорбные мысли о смерти и похоронах…

Георг Снежистый (с сомнением). Неужели? У меня уже пришли…

Эмиль.  Вы просто не видели его лица, а кто видел, то не думали про этого бесшёрстного с косой…

Георг Снежистый.  Ой, ой, тьфу, тьфу! (оглядывается и сплёвывает через плечо)

Эмиль.  Да, они думали про чудесную погоду, про сладкий сочащийся окорок на поминках, про хрустящие сырные корочки, и весёлый бульк в пивных кружках.

Георг Снежистый. Ух, в самом деле, хорошо! А давай зайдём в корчму и ты мне ещё чего-нибудь расскажешь про своего отца.

Эмиль. Согласен, но только надо заказать мышиную пинту сырного пива, кружок копчённой колбаски с имбирными сухариками, и пусть нам после этого намажут усы жёлтым салом с прожилками.

Георг Снежистый (радостно). Я сейчас умру от потопа.

Эмиль. С чего бы? На улице сухотень.

Георг Снежистый.  От слюнок, которые меня затопят по самые кончики ушей!

Эмиль. Тогда вперёд! Ваша матушка будет безутешна, а меня зафаршируют с куриными гузками.

Георг Снежистый.  Эмиль, хватит, ты сегодня одни страхи рассказываешь, меня опять дрожь пробивает.

Эмиль. Я и говорю, стоит поторопиться, за здоровьем следует приглядывать.

Георг Снежистый. Вперёд на корчму «Дырявый каблук»!

Эмиль. Ура его светлейшей шерстистости! Да здравствует хорошая кухня! И пусть каблук дырявый будет рогом изобилия!
 
Уходят
 
Сцена 2
 
Та же опушка леса. Выходят принцесса Лаура-мша и рыцарь Хлодур Бесстрашный. Принцесса недовольна, обмахивается веером и постоянно упрекает рыцаря, ухаживающего за ней.
 
Лаура-мша. Я не могу вам высказать всё своё возмущение, которое наполнило меня до краёв души, моей трепетной, белоснежной, чудной души!

Хлодур Бесстрашный. Я вас полностью разделяю.

Лаура-мша. И на что вы меня разделяете?

Хлодур Бесстрашный. С вами… на всё!

Лаура-мша. Вы мужлан, тупой, бессердечный. У вас нет ни капли ума и лоска. Вам только сало нарезать солдатам!

Хлодур Бесстрашный. Зато я мужественно предан, и люблю вас до хруста в костях! Хотя сало я тоже люблю, но… вас… чуть больше, об этом я могу заявить во всеулышанье на любом дворцовом сборище.

Лаура-мша. Вы хотите меня ввести в краску, а у меня такая серебристая шкурка, врачи не рекомендуют мне краснеть и загорать. Блеск шёрстки может потускнеть. А от ваших надоеданий мне надо вновь заказывать новое платье, смотрите, от переживаний оно помялось.

Хлодур Бесстрашный. Какие недоедания, принцесса, я всегда всё съедаю до конца, даже крошек не остаётся. А платье мы сейчас разгладим (пытается разгладить платье).

Лаура-мша (возмущённо). Кошмар, что вы себе позволяете. Не смейте прикасаться к королевской особе!

Хлодур Бесстрашный. Я не к особе, я к платью.
 
В это время на сцене появляется кот. Он с интересом следит за мышами, потом говорит в зал.
 
Кот Себастьян. Какие милые мышата. Того в жестянке, мы просто заколдуем на паштет, а беленькую посадим в клетку и на рынок. Местным воротилам скажу, что это мышиный щегол, хе-хе, женская особь (подходит к пререкающимся мышам). Надеюсь, я не помешал?

Лаура-мша (возмущённо отталкивая рыцаря). Ещё как помещали. Разве не видно мы беседуем.

Кот Себастьян. Да, и ваша беседа уже слишком затянулась, и переросла в ссору. А я, как страж порядка, не могу допустить, так сказать попустительств.

Хлодур Бесстрашный. Ой, да это же кот! Нас настигли неприятности. Принцесса, стойте здесь, не уходите, я сейчас мигом, бесстрашно сбегаю за подмогой, нам с ним не справиться (убегает).

Кот Себастьян. Какой шустрый ваш спутник. Я глазом не успел мигнуть, а он уже в кустах, жаль, хотел его заколдовать, придётся довольствоваться вашей особой.

Лаура-мша. Как вы смеете! Нас даже не представили. 

Кот Себастьян. Уповаю лишь на ваше великодушие и  прошу извинений. Я немедленно устраню это недоразумение. Позвольте представиться, кот Себастьян, мышиный пэр и коннетабль графства.

Лаура-мша. О-о-чень приятно. Принце-цеса-са Лаура-мша-ша-ша.

Кот Себастьян. Ша, ша, ша? Гм, странное имя.

Лаура-мша. Да нет же, Лаура-мша, принцесса, то есть дочь мышиного короля.

Кот Себастьян. Что вы говорите?! Неужели дочка дражайшего Мшыня? Ах, какая удача! Он у меня записан старым должником, думаю теперь мы сквитаемся по полной.

Лаура-мша. Неужели вам хватить подлости обидеть бедную девушку?

Кот Себастьян. Думаю, что... (задумывается, считает на пальцах), да нет, пожалуй в самый раз, определённо хватит. А сейчас я просил бы вас сосредоточиться и смотреть только на кончик моего коготка. Мне надо вас заколдовать, дабы поместить в свою клетку. И не вздумайте хныкать и звать на помощь, не поможет, ваши мыши даже если придут, всё равно будут сидеть под кустами и глазеть на происходящее. И заметьте, никто не выйдет, включая вашего отца, вы мыши делаете всё из подтяжка. Итак, мярли-варли…
 
В это время на поляне вновь появляются Георг и Эмиль. Они умиротворённо обсуждают прошедший обед.
 
Эмиль. Заметьте, ваше белошерстие, что лишь в этом «Дырявом каблуке» умеют так готовить сухарики с подсолнечным маслом. Они тают во рту, и чувство блаженного солнца передаётся куда-то в самый кончик хвостика. Кстати, это их фирменное блюдо называется сухарли…

Кот Себастьян (колдует, не оборачиваясь). Варли-марли-сухарли… какие сухарли, мне кто-то мешает.

Георг Снежистый (не замечает происходящего на поляне, увлечённо). О да, а какая там атмосфера, пропитанная благоуханиями старой пожелтевшей сальной свечи, и никто не мешает. Эта среда для поэтов и романтиков, к коим я отношу и себя. В следующий раз мы посидим там подольше, не стоит так спешить…(видит кота и принцессу мышь), о, а это кто?

Эмиль. Полностью разделяю ваше мнение, а это кот Себастьян, редкий злодей, да ещё и волшебник… И мне кажется, нам надо делать быстрые лапки, пока мы ещё при своих хвостах.

Георг Снежистый. Подожди, подожди, разве ты не видишь, он нацелился на прекрасную особу белой шерсти. Будет подло бросить её в такую минуту.

Эмиль. Ага, и будет благородно разделить с ней участь кошачьего бутерброда.

Георг Снежистый. Эмиль, срочно напрягись и придумай что-нибудь, я не уйду отсюда!

Эмиль. Какой кошмар, вот мы влипли, так влипли.

Георг Снежистый. Не шунди, принимай меры!

Эмиль. Уже принимаю, главное оружие в такой ситуации, неожиданность. Вы подбегайте к нему и колите шпагой чуть пониже хвоста, а я буду орать, как оглашённый, что-нибудь... про собак.

Лаура-мша. Я в-вас умоляю, я взываю к вашему благородному происхождению, смилуйтесь над принцессой!

Кот Себастьян. Стой на месте, не суетись, я уже в третий раз пытаюсь произнести заклинание…мярли-варли-мяурли… (Георг подбегает и тыкает его шпагой). Ой-оё-ёй!

Эмиль. Собаки! За нами гонятся собаки! Гав-гав, они уже близко, это охотничьи псы, порвут всех! Спасайся, кто может, особенно кошки и коты!

Кот Себастьян. Где собаки, какие собаки, ой-ёй, больно! (убегает)

Лаура-мша. Я сейчас упаду в обморок, ещё собак не хватало (падает в обморок, Георг её ловит).

Георг Снежистый. Смотри Эмиль, как она прекрасна. Глазки чудесного мышиного окраса, а реснички, а шёрстка… правда моя белей.

Лаура-мша (поднимает лапку). Про шёрстку я всё слышала, вы наглец, и ещё смеете прикасаться ко мне.

Георг Снежистый. Извините меня (выпускает принцессу и она падает).

Лаура-мша. Как вы смеете ронять принцессу, да ещё на глазах у всех. Вам это дорого обойдётся. Папа, зови палача, пусть отрубят ему хвост!

Эмиль. Вот теперь мы точно влипли, и где же этот неудачливый кот?

Георг Снежистый (падает перед ней на колени). Ваше высочество, я не смел даже помыслить о такой дерзости. Я просто хотел отметить, что ваша шёрстка, как лунный мех у бегущих звёздных мышек-близняшек. Ни один смертный не вправе с вами сравниться...
 
Из кустов неожиданно появляется рыцарь, король и многочисленная свита.
 
Хлодур Бесстрашный. Ваше высочество, моя любовь, вот палач, а вот ваш папаша, а там ваши верные подданные. Я же сказал, что не брошу вас в трудную минуту.

Лаура-мша. Ага, подлец, явился, как у тебя хватило совести.

Мшинь XV. Дочка, я так рад, что ты осталась жива. Ты была превосходна, мы из кустов всё видели. Вот что значит благородная шерсть. Какая экспрессия ­− я взываю к вашему благородному происхождению − а, каково, вся в отца, сколько благородства, неподдельной гордости!

Хлодур Бесстрашный. А мне понравилось вот это − смилуйтесь над принцессой − так поверженные мной враги говорят. Я переполнен высочайшим смыслом, потому что принадлежу к избранникам нашей беломудрой и белоблагородной (кланяется).

Мшинь XV. Всё, повосторгались, надо меру знать, чего доброго я возревную. А в ревности я ох как горяч, так что не будем задерживаться, ты так разволновалась, моя дорогая, ты так побледнела, конечно такой выход, такой выход, да ещё первый раз в жизни. Можно сказать дебют, но какой дебют − достойный королей! Ладно, срочно шествуем во дворец, а палач сейчас отрубит этим негодникам хвосты, после чего мы отметим твоё освобождение открытием новой пачки сальных свечей (вокруг громкое одобрение свиты).

Лаура-мша. Не сметь их трогать! Они спасли меня, они благородны, хоть и несколько возмутительны. Вы, папаша, отдали бы приказ дать по шее Хлодуру, а этих храбрецов пригласить на ужин.

Георг Снежистый (бормочет, смущается). Вообще-то мы из-за стола, только что в корчме были…

Эмиль (сурово шепчет Георгу). Вы что, вашество, нам теперь за отказ верёвку накинут на шею

Лаура-мша. О чём вы шепчетесь, ну-ка, немедленно мне поведайте!

Георг Снежистый. О-э-э…

Эмиль (спешно). Моя белошерститость, то есть наше, ой нет, его белошерстистость, беспокоиться о костюме, мы в дорожном, запылились…

Мшинь XV. Давайте без излишних церемоний. Я же не диктатор какой, я с расстояния чую настоящих аристократичных мышей, белой шерсти. Кстати, куда вы следуете?

Георг Снежистый. Нас послала к вашему двору маман, её высочество графиня, серебристая с коричневой подпалиной на левом боку мышь, хвост два дюйма с пятью коготками, королевского дома, Розалинда длиннохвостая.

Мшинь XV. Чудесно, какая удача! Мы крайне нуждаемся в молодёжи, а то на прошлой неделе наш палач перевыполнил план, и теперь как-то пустынно во дворце. Не с кем поговорить, а слушать старые сплетни надоело, я рад вам юноша.

Хлодур Бесстрашный (разглядывает свой хвост). Хм, у этой старухи хвост по боле моего будет на целых три коготка.

Лаура-мша. Сопровождайте меня (подаёт Георгу лапку). Кстати, вы так и не окончили ваш рассказ про мою лунную шёрстку…

Георг Снежистый (смущённо). Шёрстка, ...шёрстка, она... не смачивается в плохих жидкостях, не мнётся...

Лаура-мша. Это вы мнётесь, смелее мой друг, смелее, да можете даже немного прижаться ко мне. Да не вы (бьёт по лапе Эмиля), серая бестия... очень поэтично не смачиваемая лунная шёрстка... (обращаясь к Георгу).

Георг Снежистый (воодушевившись). И я в аллергическом восторге от удивительной пушистости и её искристости (уводит принцессу).

Мшинь XV. Палач, пятнадцать подзатыльников Хлодуру. Бить с размаху и от всего сердца.
 
 Все уходят, последними идёт палач периодически бьёт рыцаря.
 
Действие второе
Сцена 1
 
Комната гостиницы, в центре камин, грубо тесаный стол, стулья, скамейки. По стенам висят дешёвые картинки, под потолком светильник в виде большой колбасы. Входят Эмиль и палач, мышь в чёрной куртке с красной накидкой с прорезями. Садятся за стол. Эмиль из корзины вытаскивает различную снедь, а палач устало стаскивает с себя накидку и обращается к Эмилю.
 
Палач. До чего суетный был день, и ведь всё попусту. Заела меня суматоха… Ты лучше вот что скажи мне, милейший Эмиль Серый Хвост, почему в мире существует такая сумятица и неправедное распределение?

Эмиль (разламывает большой кусок хлеба). С этим вопросом ты можешь обратиться к его величеству, королю.

Палач. Дражайший друг, король после таких вопросов прикажет позвать палача.

Эмиль. Зачем?

Палач. Попросит доходчиво объяснить философские истины с использованием, так сказать, подручных материалов.

Эмиль. Теперь мне понятно, почему ты у нас такой мудрый и всезнающий, какие университеты заканчивал?

Палач. Не смейся, я не образованный, меня даже читать не выучили.

Эмиль. Хм, а ситуация будет презабавная, после твоего вопроса, тебя же и попросят дать ответ. Интересно, что ты будешь делать?

Палач. Как прикажет его величество.

Эмиль. И что он обычно приказывает?

Палач. Обычно… двадцать плетей, или с десяток палок по хвосту или пяткам, а потом спросит, всё ли понятно, если нет, то следует отрубание хвоста.

Эмиль. Ты хочешь сказать, что ты пропишешь себе двадцать плетей или там палок? Или сам себе отрубишь хвост?

Палач (поднимает палец). Слово короля свято!

Эмиль. Про слово и приказы я понял, но как ты это сделаешь?

Палач. Без проблем, я самый умелый и самый талантливый палач во всём мышином королевстве. Я не хвастаюсь, это слова величайшего советника короля − Душиня Старшего. Придумаю что-нибудь, из шкуры вылезу, пятки выверну, но приказ будет исполнен. Кроме таланта я ещё и самый ответственный. Видел бы ты мой инструмент, загляденье, легированная сталь, вощёные веревки, не говоря про целый арсенал приспособлений…

Эмиль. Ой, давай без подробностей, …у меня мурашки по коже бегут.

Палач. От этой напасти есть эффективное средство…

Эмиль. Что-нибудь отрубить?

Палач. Не-ет, помилуй меня, я могу вылечить.

Эмиль. Ты ещё и лекарь?

Палач. А как же, что сломал, то могу починить, …хотя, не всё, (показывает рукой по горлу) с этим ещё проблемы, но я работаю и, как говорит наш советник, совершенствуюсь  до беспределья.
 
Входит Георг. Он взволнован, скидывает шляпу и начинает метаться по комнате, заламывая руки.
 
Георг Снежистый. Я пропал, безвозвратно и навсегда! За что мне такое наказание?! Зачем маман меня сюда отправила?! Ах, зачем?! Нет, она была права, тут чудесно и я, …страдаю-ю-ю! (плачет)

Эмиль. Ваше белошерстие, что случилось? Король на вас в обиде и, по своей зловредной привычке, зовёт палача?

Палач. Я здесь, если что…

Георг Снежистый. Нет, нет, всё прекрасно. Король со мной милостив, мы играли с ним в карты…

Палач (испуганно). Надеюсь, вы у него не выиграли?

Георг Снежистый. Естественно, какой из меня игрок. Я ему проиграл все карманные деньги и брошку бабушки. Он от восторга прыгал по газонам и приказал сегодня вечером устроить фейерверк.

Палач. Вот и славно, а то мне не хотелось бы прикладываться к вашей шёрстке.

Георг Снежистый. Эмиль, я не понял, кто твой гость? Ты не представил его.

Эмиль. Вы его уже видели, но только в полном обличье, а сейчас он выглядит несколько иначе, можно сказать в дружеском кругу он предпочитает по-домашнему.

Палач. Да, без накидок и топора, вот только держу при себе небольшой тесак, это чтобы квалификация не сбежала. А мы с  вашим высочеством уже встречались, и король, так сказать, нас знакомил, почти что лично

Георг Снежистый. Я не припоминаю (садится за стол, видит еду, отрывает кусок сыра и ест с аппетитом). Эмиль, откуда ты взял столько еды, у нас же не шерстина не осталось, я всё проиграл королю.

Палач. Зато вы сохранили свою жизнь, или на худой конец − хвост. Я палач его величества, Бенедикт Жалобный, собственной персоной. Мы теперь с Эмилем большие друзья.

Георг Снежистый. Что?! (кашляет) Вы с Эмилем?

Палач. Да, и надеюсь, вы не побрезгуете мной?

Эмиль. Наше белошерстие, очень душевный мышь, и на редкость великодушен, правда? (вытаскивает из корзины окорок, показывает Георгу) И у него чудесный аппетит, даже когда нет денег.

Георг Снежистый. Да, мы с Эмилем…

Палач. Как я рад, (с трудом сдерживает слёзы) у меня ещё ни разу не было друзей, особенно из их, ихних... благородий! (протягивает руку)

Георг Снежистый (с опаской жмёт руку). А позвольте узнать, почему у вас такое прозвище, «Жалобный»?

Палач. Из-за моей привычки, мне всегда так жалко видеть, как мышки страдают…, слезу прошибает… (стряхивает слезу с кончика носа).

Георг Снежистый. Тогда пора менять профессию!

Палач. Как менять?! А призвание?!

Эмиль. Совершенно безвыходное положение! С призванием надо считаться. Вы, ваше белошерстие, лучше бы рассказали из-за чего так убивались.

Георг Снежистый. (аппетитно пережёвывая кусок сала) Когда?

Эмиль. Да вот, несколькими минутами ранее…

Георг Снежистый (с полным ртом, скороговоркой). Ах, это, так я самый несчастный из всех хвостатых на земле!

Палач. С этим я могу поспорить.

Георг Снежистый. Что вы говорите?! Вам меня не понять, хоть вы и Бенедикт Жалобный!

Палач. Можно просто, Беня…(протягивает вновь руку Георгу и Эмилю), мы же друзья, поэтому я вас пойму.

Георг Снежистый. Представляете, я сегодня узнал, что влюблён! Ик, ик.

Эмиль. От кого узнали?

Палач. В сегодняшних газетах об этом не писали, я тщательно просматриваю прессу.

Георг Снежистый (томно). Мне подсказало моё сердце.

Палач (участливо). Проверенный источник?

Георг Снежистый (вздыхает). Ему я могу доверять!

Эмиль. А, позвольте узнать, вашество, кто предмет, э-э, ваших сердечных страданий? 

Георг Снежистый. Не поверите, самая лучшая, мягко шерстистая, прекрасная из всех кого я видел…

Эмиль. Да вы не так уж много видели, ...мне бы не знать.

Георг Снежистый. Нет, тебе не познать такой глубокой и пронизывающей боли, от одного  сознания, что она может тебя отвергнуть. Я, как только закрою глаза, то сразу вижу, как она порхает по саду, её лёгкая поступь, рождает образы, воспетые нашими поэтами…

Эмиль. А имя у этой бабочки есть?

Георг Снежистый. Конечно, …самое удивительное и изысканное… Лаура-мша…

Эмиль. П-п-принцесса?!

Палач. О-о-о! Как всё запущено. Думаю, что мне пора, скоро подвернётся работа, надо инструмент проверить, может чего прикупить придётся. Прощайте, вернее… до скорой встречи (раскланивается). 

Эмиль. Уже уходите? Ведь хотели посидеть в домашней обстановке, в кругу вновь обретённых друзей.

Палач. Работа и призвание, они бдят и зовут, ...до скорого (уходит).

Эмиль. (садится за стол и обращается к Георгу) Как же вас угораздило? Неужели ничего нельзя исправить? 

Георг Снежистый. Не знаю, наверное, нельзя.

Эмиль. Надо срочно принимать меры, но вот какие?

Георг Снежистый. Я в растерянности, но ради неё, готов пожертвовать всем.

Эмиль. Без лишних слов, поспешность нам не к лицу, вашество. Ох, меня кажется начинает мутить. Вижу только один выход. Вы, как честный мышь, должны на ней жениться!

Георг Снежистый. Я уже сказал, что готов на любые жертвы!

Эмиль. Это не важно, главное,− готова ли она?

Георг Снежистый. Меня тоже мучает этот вопрос. Может спросить её об этом, прямо, без лишних слов?

Эмиль. Давайте не будем торопить события. Надо оглядеться и сделать правильный ход.

Георг Снежистый. Я не могу, и мне (опускает глаза, грызёт палец) ...невтерпёж.

Эмиль. Придётся подождать, если вы, конечно, не торопитесь расстаться с хвостом или… головой.
 
Гаснет свет.
 
Сцена 2
 
Опушка леса. Решительным шагом выходит на сцену советник Душинь Старший. Он расстроен, мечется от куста к кусту, иногда останавливается и тщательно отряхивает свой камзол, наслаждаясь собственным видом, тогда у него несколько улучшается настроение.
 
Душинь Старший. Архипрезабавнейшая ситуация сложилась в нашем королевстве. Я самый умный, самый благоразумный, талантлив до безобразия, почти гений, а трусь около этой серости, короля, в качестве советника… В отличие от этих бездельников по шерсти, я всего достиг сам, без какой-либо помощи, без родословных привилегий. (презрительно кричит в сторону) Аристократы! Танцующие под мою дудку… Белая шерсть… выродки с помойки зоопарка! Вот у меня шерсть серая, хотя на самом деле я выше их. И для того, чтобы со мной считались, чтобы у меня была шерсть белой, я вынужден пить горькие противные отвары пройдохи кота. Нет каково?! А время идёт, пора принимать решительные меры, там, смотришь, и старость наступит…
 
Входит кот Себастьян. Почёсывается и с опаской поглядывает через своё плечо.
 
Кот Себастьян. От старости тоже есть средство.

Душинь Старший. А, это ты, герой сражений. Почему не смог заколдовать эту пустышку принцессу?

Кот Себастьян. Изменились обстоятельства, причём крайне неожиданно. На меня напали злейшие собаки со всего королевства.

Душинь Старший. Ага, видел я этих собак, два оборванца мыша, не имеющего за душой ни одного шерстина.

Кот Себастьян. Вас неверно информировали…

Душинь Старший. Я сам себя информировал, сидел в кустах и лицезрел твою безмерную трусость.

Кот Себастьян. Повторяю, меня ввели в заблуждение. Кстати, милейший, а кто мне обещал, что на этой поляне никого лишнего не будет, за исключением жестяной тупицы Хлодура?

Душинь Старший. Разве я мог предположить появление отщепенцев.

Кот Себастьян. Тогда мы квиты. В следующий раз подготовьтесь поосновательней.

Душинь Старший. Он меня ещё учить будет…

Кот Себастьян. Иногда приходиться, и на проруху бывает старуха.

Душинь Старший. Какую околесицу ты несёшь, − на старуху − проруха.

Кот Себастьян. Без разницы, это ведь не цвет шерсти, правда?

Душинь Старший. На что намекаешь?! Тварь мяукающая!

Кот Себастьян (заискивающе). Лишь только на то, что ваша шёрстка серая, хоть и выглядит белой. А, позвольте спросить вас, почему она так выглядит, а позвольте тут же дать ответ, − потому что я вам изготовил чудеснейший отвар, красящий вас в белоснежность. И вскоре его надо будет пить вновь, ведь он действует на небольшое время. А вы норовите со мной ссориться, не ровен час и я не дам вам снадобья. (зло) Мышь серая!

Душинь Старший. Да я серый, и вынужден это скрывать, а вот душа моя белоснежная…

Кот Себастьян (начинает истерично смеяться). Ой, спасите меня небесные котята, ой не щекочите меня своими глупостями! У тебя белая душа?! Ой, ой, да цвет твоей души, такой, что его не найти на всём свете. Невозможно найти такой черноты, такого непроглядного мрака…

Душинь Старший. Раскукарекался кот, не съевший ни одной мыши. Кот, трусливый и жадный до сальных свечей и шерстинов. Как только об этом узнают, вот смеху то будет. Собрание котов тебя определит в мышиный цирк, … помёт убирать.

Кот Себастьян. А кто им об этом расскажет?

Душинь Старший. Найдутся благородные, например я…

Кот Себастьян. Тоже мне благородный… а вот тебя я съем (подходит к мышу, поднимает лапы и открывает рот. Душинь жмуриться, но не убегает. Кот начинает кашлять, плеваться). Кхе-кхе, чёртова аллергия на шерсть, сейчас слёзы польются, надо накапать в глазки, ...мои несчастные глазки (вытаскивает флакончик и закапывает глаза).

Душинь Старший. Вот то-то же, и не суйся, куда не можешь. Мы нужны друг другу, хоть и обоюдно ненавидим друг друга, …мы как пара сапог, в одном далеко не уйдёшь. Думаю, на сегодня ссориться хватит, пора обсуждать дела. Давай подумаем, как избавиться от наследницы трона.

Кот Себастьян. Самый лучший способ, стать самим наследником.

Душинь Старший. Это ещё каким способом? Подделать документы? Не поверят, нарисовать родословную, всё равно есть право первенства.

Кот Себастьян. А мнит себя чуть ли не гением. Надо жениться на ней!

Душинь Старший. Кому?

Кот Себастьян. Тебе, ваше тупомышинство.

Душинь Старший. Хм, …в самом деле, но как?

Кот Себастьян. Вот тут дело посложней. Мне кажется, надо устроить турнир, в котором вы заведомо победите.

Душинь Старший. Какой турнир, ты что, кошачей травки объелся. На наших турнирах  победителем всегда выходит один Хлодур. Он труслив, но драчлив не в меру, и любит турниры, там хоть и бьются, но не на смерть. Так что он из меня сделает гусиный паштет с провансальской приправой.

Кот Себастьян. Не пробовал, не знаю, а причём тут эти примитивные игры! Надо внушить королю какой-нибудь бред, мол, вот если кто-то принесёт вот это, или сделает то, тогда вы будете тем то.

Душинь Старший. По-моему ты заговариваться стал, голова не болит? Вот кто-то сделает то-то, и станет тем то,…несусветная чушь!

Кот Себастьян. Вашество советничество, вам сегодня голову не нагрело?

Душинь Старший. Да нет солнце ещё не высоко стоит, а что?

Кот Себастьян. Соображаете туговато. Вспомните легенды и сказки…

Душинь Старший. А-а… подожди, подожди… легенды говоришь. Хм, интересно.

Кот Себастьян. Наконец его мысль пробрала.

Душинь Старший. Точно, надо что-нибудь эдакое, например, эликсир молодости.

Кот Себастьян. Тривиально и слишком прямолинейно.

Душинь Старший. Тогда какие-нибудь  свойства.

Кот Себастьян. Ближе к свету.

Душинь Старший. Точно просветление, надо, что бы кто-то принёс такое снадобье, которое просветляет мозги, и существо начинает видеть всё сущее.

Кот Себастьян. Занятно, хоть и непонятно, тогда средство должно быть немыслимым и, в тоже время, простым и неисполнимым. Какое-нибудь варево…

Душинь Старший. Отличная мысль, как у нас мышей говаривают про всякую пустотень, это суп из колбасных палочек.

Кот Себастьян. Какой же суп из этих палочек, там только запах, да и то, − чуть. Это ж простые деревяшки, на них колбасу вешают.

Душинь Старший. В том-то и дело, самый лучший материал для супа, ...волшебного супа. А ты меня подстрахуешь, приготовишь чего-нибудь эдакого, что бы у короля ум за разум заскочил.

Кот Себастьян. Без проблем, у меня столько таких отваров, что ум даже за стенку заскочит.

Душинь Старший. Вот и дивненько. Пойдём готовиться, ты варево, а я короля.

Кот Себастьян. Да здравствует король!

Душинь Старший. Сплюнь, кошачье отребье.

Кот Себастьян. Да здравствует новый король! Душинь Первый!

Душинь Старший. Неплохо для начала, правда, звучит несколько приглушённо. Надо сделать добавку, например, Душинь Благородный.

Кот Себастьян. Правильно, с приправами можно горклую кашу съесть.

Душинь Старший. Что?! Давай беги, приставка к повару, вари снадобьё.

Кот Себастьян. Хм, обиделся (уходит).

Душинь Старший (рассуждает). Мда, суп из колбасных палочек, просветляющий мозги… ага и открывающий возможность видеть в невидимом, а заодно и продлевает жизнь. Путано, хотя в самый раз (уходит).
 
Гаснет свет.
 
Сцена 3
 
Королевский парк. Стоят скамейки и фонари причудливой формы, напоминающие разные сорта сыра и колбас. По аллее идут принцесса и её фрейлина, старая Шеве Длинноусая.
 
Шеве Длинноусая. Моя чудесная карьера началась во времена твоей бабушки, Ошмётки Благоразумной. Она меня тогда на помойке приметила. Какая была шалунья, твоя бабушка, как вспомню, так плачу. Помню привязали мне к пяткам два горящих уголька из камина, а я, ещё совсем не обученная к дворцовому этикету, юная, глупышка, давай кувыркаться, скакать и пищать. Ох, ведь до чего была проста, твоя бабушка, не приказала меня за это выпороть, наоборот, смеялась до упаду, а потом мне выписали пол сальной свечи. Почти приданое.

Лаура-мша. Но ты так и не вышла замуж.

Шеве Длинноусая. К сожалению или к счастью, я так и не поняла. Как говорила ваша маман, муж что кусок сала, пока свежее, идёт впрок, а как прогоркнет, то не знаешь куда бы его засунуть, ...а выкинуть жалко.

Лаура-мша. А как же любовь?

Шеве Длинноусая. Это всё в кошачьих романах. Про походы на крышу, весенние турниры. Мы, мыши, приземлённые существа, нам этот ночной полёт с чердаков не к лицу.

Лаура-мша. Неужели вы никогда не любили?

Шеве Длинноусая. Помилуй тебя мышеловка, конечно любила и люблю, вот к примеру, сыр маасдам, немного рокфора, сверху положить два кусочка охотничьих колбасок, капнуть касторового масла, и такое любовное блаженство нападёт на тебя, что ах!

Лаура-мша. Я не про еду, я про сердце, про... увидела и ах, в обмороке.

Шеве Длинноусая. Опасно, особенно обморок, упадёшь,  земля сырая, ненароком простудишься.

Лаура-мша. Так неужели ни разу не было такого, не было чтобы душа летела к верху?

Шеве Длинноусая. Раз видела, когда наш палач троих воришек отправлял к праотцам, вот их души взлетали как пивные пробки, р-раз и на небе.

Лаура-мша. До чего же вы, Шеве, глупая, я про мужчинское сословие говорю.

Шеве Длинноусая. Сразу бы так и ..., конечно, было, ...есть и... будет.

Лаура-мша. Будет?

Шеве Длинноусая. Как без этого, я ещё хоть куда, при приданном, собой хороша, только надо немного подождать.

 Лаура-мша. Дождётесь, что под старость лет выёдете за какого-нибудь шаркающего старичка с проплешиной на спине.

 Шеве Длинноусая. Попрошу, ваше высочество, пожалеть меня и мои чувства, я слишком впечатлительна. Хотя меня не испугать проплешинами.

Лаура-мша. Не зря говорят, любовь зла, полюбишь и козла.

Шеве Длинноусая. Какой козёл, спаси вас от блох, они же капусту с редькой едят, а от этой овощной гадости такая отрыжка.

Лаура-мша. Говорят шерсть от неё лоснится.

Шеве Длинноусая. Враки, шерсть от сыра лоснится, а от редьки только усы растут (показывает на свои усы). Вот в детстве сидела на одной редьке, теперь мужчинки шарахаются во все стороны, хорошо хоть борода не выросла.

Лаура-мша. Какая борода?

Шеве Длинноусая. Лохматая, с клочьями в растопырку, как у козлов.

Лаура-мша. А у козлиц как?

Шеве Длинноусая. Также, давайте оставим эти фермерские разговоры, нам не к лицу такие глупости. Вы меня зачем сюда вытащили, я вас знаю, рассказывайте, что приключилось?

Лаура-мша (в задумчивости). Мне кажется, ну, я ещё сомневаюсь, но как-то получается...

Шеве Длинноусая. Вот как получается, так и говорите, вы запутали меня, ваше высочество.

Лаура-мша. В последнее время я стала подозревать, что я... влюбилась...

Шеве Длинноусая. М-да, а напёрсточник не пробовала пить, или пустырник, я всегда на ночь принимаю. Знаете особенно пустырник на спирте помогает, вся любовь на краю кровати остаётся, сплю как новорожденный мышонок, даже слюнки на подушку пускаю.

Лаура-мша. Шеве, я про настоящую любовь, а вы мне про настойки, как вам не стыдно!

Шеве Длинноусая. А кто её знает, где она настоящая, а где настоянная.

Лаура-мша. Шеве, я страдаю, а вы издеваетесь, вы почти как мой папенька, он любит только одну мышь, да тот палач.

Шеве Длинноусая. Не говорите мне про палача, мурашки бегут по хвостику. Хорошо, приношу свои извинения, а кто же наш предмет любви?

Лаура-мша. Он не предмет, он мышь, белоснежная, романтичная и безумно храбрая.

Шеве Длинноусая. Ненароком не Хладур ли?

Лаура-мша. Совсем от старости ум потеряла?

Шеве Длинноусая. Да, я и по молодости не особенно-то блистала...

Лаура-мша. Пора тебя отправлять в прачечную.

Шеве Длинноусая. Лучше в мышеловку или на крючок рыбакам, пусть меня сом схрямпает.

Лаура-мша (неожиданно для себя). Его зовут Георг.

Шеве Длинноусая. Кого, сома? Хм, странные у рыб имена.

Лаура-мша (в отчаянии). Да нет же, так зовут мою любовь, восхитительного мыша, аристократа в надцатом колене, Георга Белоснежного.

Шеве Длинноусая. О-о-о, понимаю, понимаю. Была бы я помоложе, я бы...

Лаура-мша (сглатывая слёзы, решительно). Что бы ты, ну говори, чтобы ты сделала бы?

Шеве Длинноусая. Тихо, тихо, ничего, может быть только чуточку влюбилась, а может...

Лаура-мша.  Ну (от нетерпения слегка подпрыгивает), ну, продолжай, продолжай...

Шеве Длинноусая. Вся в отца, ревнива, горяча, ух, точно мамаши даже рядом не бывало, вот сейчас закричит "Палача мне".

Лаура-мша.  Папа-а, где палач?

Шеве Длинноусая. Ой, да не волнуйтесь вы так, они в домино с папашей козлика забивают.

Лаура-мша.  А его-то за что?

Шеве Длинноусая. Кого?

Лаура-мша.  Козлика.

Шеве Длинноусая. Это игра такая, а про вашу любовь, я одобряю, и всячески готова вспоможать. И не смотрите на меня так, не смотрите, вспоможать, это по нашему, по простому, помочь.

Лаура-мша.  Как?

Шеве Длинноусая. Ну, где словом, где советом, а где и делом. Я хоть и глупа, но в колбасных обрезках толк знаю. Не пуши свои усики, они растреплются, я имею ввиду дворцовые интрижки и прочие сладкие пакости.

Лаура-мша.  Причём тут пакости? Любовь она возвышенна, она...

Шеве Длинноусая. Делает большие глупости, за которые мы потом всю жисть расплачиваемся. А при дворе, если узнают, то такое нашепчут вашему папеньке, что он этому Георгу хвост на салат настрижёт, а ваши прелестные усики обстригут на ремешки для часов.

Лаура-мша.  Какой ужас!

Шеве Длинноусая. Не ужас, а дворцовая повседневность. Ничего не попишешь, в нашем мышином королевстве стоящие дела без выдёргивания шерсти не получаются. Учитесь, пока я не облысела.

Лаура-мша.  О, помогите мне все мышиные короли на свете.

Шеве Длинноусая. Нашли кого просить, вы лучше мне ответьте вот на какой вопрос, а он сам, то есть этот белоснежный Жора...

Лаура-мша.  Георг, это благородно, а Жорики, они на помойке.

Шеве Длинноусая. Без разницы, главное все одной шерсти. Он-то любит вас?

Лаура-мша.  Не знаю-ю (плачет).

Шеве Длинноусая. Молодо, зелено, путаете друг друга, а спросить не можете.

Лаура-мша.  Как спросить, мне не пристало, я принцесса, и при том девушка, он должен мне всё рассказать.

Шеве Длинноусая. Ага, и будете ждать до моих седин, благо на моей шерсти её не видно. Кстати, кто это там топчет клумбу с георгинами, не твой ли воздыхатель?

Лаура-мша.  Где? Ах, точно он, я пошла во дворец.

Шеве Длинноусая. Какой дворец, он же тебе цветы рвёт, видимо все шерстины в карты вашему папаше профукал, купить приличный букет средств нет, теперь государево имущество портит. Надеюсь, что ради тебя он рискнул на противогосударственное деяние.

Лаура-мша.  А кому же он ещё может рвать цветы, как не мне?

Шеве Длинноусая. Не знаю, моё дело сторона, при дворе фрейлин столько, что хоть пруд с ними заводи.

Лаура-мша  (жёстко). И заведу.

Шеве Длинноусая. Опять папаша проступает, пойду я, спугну твоего кавалера, а то ненароком Душинь увидит, тогда быть беде (уходит).

 
Принцесса одна, беспокойно ходит, не знает куда деть лапки, говорит вслух с невидимым собеседником.
 
 Лаура-мша.  Я сударь, принцесса, и со мной надо считаться, а ваше дурное поведение, ради каких-то пустышек при дворе, возмутительно. Да, да, пустышек, и не спорте, мало ли, что у них мордашки милые, у меня тоже даже ничего, а усики помазывают чистым пчелиным воском. А знаете ли вы, сударь, что это преро... прера... ро... ра... рогатива только царственных особ. И вы обязаны меня полюбить, а не то сегодня будет салат из вашего хвоста... О, спаси меня от мышеловки, что я говорю, вдруг он загрустит от этих слов, вдруг он на меня посмотрит без тепла и любви, а в глазах будет стоять страх, или этот мерзкий блеск приторного обожания придворных. Нет, мне этого не надо, пусть он только шепнёт ласковое слово, пусть он мне всё скажет, ничего не тая... и про этих грязных фрейлинок, тоже пусть расскажет, как он с ними заигрывал, я им точно всю шёрстку повыдергаю.
 
Входит Георг с букетом георгинов, видит Лауру, прячет букет за спину, косит глаз на сторону.
 

Георг Снежистый. Она! Как же мне к ней подойти? Как подарить этот букет? Кружится голова, силы меня покидают, надо бежать, бежать из этого проклятого королевства.

Лаура-мша  (поворачивается, видит Георга, с сомнением). Это вы?...

Георг Снежистый. (трясёт головой, отрицая своё присутствие)

Лаура-мша (повторяет, но уже твёрдо). Это вы..., рвали цветы на клумбе?

Георг Снежистый. Да, я. Вы видели?

Лаура-мша. Любовалась.

Георг Снежистый (задыхаясь от счастья). Правда?

Лаура-мша. К чему мне лгать. Лучше поведайте нам, кому вы нарвали этот веник, не нашим ли пустоголовым фрейлинкам? Или ещё какой-нибудь мерзопакостной мыши?

Георг Снежистый. Ещё одной мыши.

Лаура-мша (распаляясь). Ага, то есть у вас есть мышь, ради которой вы совершили государственное преступление. Она, наверное, значимая особа, или это простушка с кухни и у неё истрепался веник?

Георг Снежистый (в растерянности). Значимая.

Лаура-мша. (подходит к нему вплотную, берёт за руку, в которой букет, и через цветы продолжает допрос). Она красивая? У неё белая шерсть? Она знатная?

Георг Снежистый. Да.

Лаура-мша. Что да, ...нет.

Георг Снежистый. Да.

Лаура-мша. Вам за это придётся отвечать. Вам отрубят хвост...

Георг Снежистый. Да.

Лаура-мша. Хвост по самые уши...

Георг Снежистый. Да (целует её).

Лаура-мша. А из усов плетённые сандалии на голую лапку...

Георг Снежистый. Да (снова целует её).

Лаура-мша. Что вы делаете?

Георг Снежистый. Не знаю, мне кажется я вас целую.

Лаура-мша. Кто вам позволил?

Георг Снежистый. Сердце.

Лаура-мша. Чьё?

Георг Снежистый. Моё?

Лаура-мша (томно). Сегодня из него сделают паштет с сыром.

Георг Снежистый. Я согласен, если вы его будете вечером кушать. Моё сердце жаждет прикосновения ваших усиков и губок.

Лаура-мша. Какой вы наглец... а почему вы остановились, время до вечера ещё есть, продолжайте меня целовать... (целуются). Надеюсь эти чудесные георгины мне? (Георг вновь её целует)
 
Неожиданно входят садовник Хвостатыч и советник Душинь. Советник в шоке. Садовник, не обращая внимания на целующихся, заявляет.
 

Хвостатыч. Этот молодой пострел изорвал всю клумбу.

Душинь Старший. Полагаю, что дворцовую клумбу?

Хвостатыч. Самую настоящую, что ни на есть дворцовую, а у него в руках доказательства.

Душинь Старший (зловеще). О, да, эти доказательства мы приложим к делу о его государственной измене.
 
Влюблённые наконец увидели садовника и советника. Принцесса не торопясь отходит от Георга, в руках она держит букет и, всё ещё под впечатлением от поцелуев, опускает голову в цветы. С другой стороны входят король и палач. Король весел, радостно крутит хвостом и пересказывает последнюю партию в домино.
 

Мшинь XV. Ты заметил, как я тебе твёрдо, вот этой королевской лапой последний камень забил?! А, заметил? Говори прямо, я не буду звать палача.

Палач. Вы как никогда были в ударе, а твёрдость вашей царственной длани превосходила твёрдость алмаза и железа вместе взятых и помноженных на лунный камень в ночь пьющих без продыха.

Мшинь XV. Вот, (обращается ко всем) вот, слушайте, как говорит один из самых честнейших мышей нашего королевства. Без прикрас, простую правду (вышагивая и говоря размеренно) может сказать только он. А почему? Я вас спрашиваю, почему? И сам же отвечаю, потому что вы тупицы, бездарные царедворцы и подхалимы. А он честен, потому что почти человек! О! Запомните человек и палач звучат гордо и в унисон! Эх, дожились...

Душинь Старший. Это признак здорового государства.

Мшинь XV (машет рукой у себя перед мордочкой). Ой, только не надо, не надо, вот этой демагогии. Иди лучше к своим алхимикам на собрание, вот там можешь пудру разводить, а мне этого не надо.

Душинь Старший. Я, ваше величество, всегда при исполнении, и всегда готов ради вас и ради королевства исполнить любое ваше желание, даже гадостное. Вот сейчас, я вынужден вам доложить, что среди ваших придворных, есть преступники...

Мшинь XV. Удивил, вот новость (толкает локтём в бок Палача), а его я на что держу, ведь работы у него не убывает, а всё как раз потому, что ваш брат, подлец эдакий, безмерно плодится.

Душинь Старший. Я говорю о присутствующих. (торжественно, голосом государственного диктора) Среди нас предатели! (эхом стелется по залу - едатели, атели, тели)

Мшинь XV. Что? (подходит вплотную к советнику и смотрит  ему в глаза) На кого, я спрашиваю тебя, и не верти глазками, хвост держи прямо, скоро его не будет (после этих слов палач вытаскивает линейку и начинает измерять хвост советника), на кого ты лапу поднял?

Душинь Старший (сглатывая слюну). На предателей и врагов королевства, ради спасения вашего величества. Вредителей под корень!

Мшинь XV. Другой разговор. (палачу) Оставь свои инициативы, что за манеры? Вот, господа, не поверите, когда он меня укладывает спать, всегда измеряет, будто я могу вырасти или высохнуть за ночь.

Палач. Нет, ваше величество, вы можете за ночь отойти к праотцам, а вы сами изволили назначить меня главным гробовщиком его величества. Так что я должен быть бдительным.

Мшинь XV. Не королевство, а дом для умалишённых. Кстати, где наш шут, что-то я давно его не видел. Пусть посмешит нас.

Душинь Старший. Вы изволили приказать, прикусить ему язык и отправиться на помойку.

Мшинь XV. Зачем?

Душинь Старший. Ворон считать.

Мшинь XV. Так, а кто у нас за шута?

Душинь Старший. Палач.

Мшинь XV. Во талантище, во умище, универсал, глыба. Таких бы мне с десяток и королевство процветало бы. Люблю я тебя, пройдоха, люблю, как не любил даже свою покойную жёнушку. Ох и сварлива была, вот у кого твёрдая рука, я по сравнению с ней кисель. Эх! (сжимает кулак)

Хвостатыч. А что будем делать с порченной клумбой?

Мшинь XV. И ты тут, совок без черенка. Опять будешь клянчить шерстины на семена.

Хвостатыч. Нет, семена есть, а вот новую лопату надо бы справить.

Мшинь XV (показывает ему фигу). Во видал! Всё! Квартал закрыли и не шерстина в казне. Лапами теперь будешь рыть свои клумбы, лапами и без перчаток, понял?!
Хвостатыч. Угу.

Палач. Ваше, белошерстновеличие, позвольте мне выправить его лопату?

Мшинь XV. Я и говорю, куда нам без палача? Никуда! Даже садовник без него, без палача, как без рук.

Душинь Старший. И всё-таки я прошу, ваше величество, обратить внимание на злодеяние, которое произошло у нас на глазах. Надо срочно принимать меры, а не то эта каверна безответственности разрастётся и поглотит всё королевство. Необходимо придать огласке и, согласно вердикту Кривого Яня от шерстого года, придать огню или отсечению головы.

Мшинь XV. Поконкретней, я запутался в твоих вердиктах.

Душинь Старший. Попорчена государственная...

Мшинь XV. То есть моя?

Душинь Старший. Да, вы и есть государство.

Мшинь XV. И кто же меня попортил? Кто посмел, без моего ведома?

Душинь Старший. Не вас, а вашу собственность,  и у него в руках сейчас вещественные доказательства содеянного.

Мшинь XV. Ты меня уже распалил, я весь ожидание, у меня уже руки чешутся отдать приказ палачу. Какие, такие вещественные доказательства?

Душинь Старший. Цветы.

Мшинь XV. Цветы?

Душинь Старший. Да, в руках у преступника цветы. Первый и наиглавнейший признак вредительства, а его, согласно вердикту, надо под корень!
 
Король подходит к Лауре, которая всё ещё в цветах, она рассматривает их, целует, вдыхает аромат. Король смотрит на букет, отрывает лепесток, пробует на вкус, сплёвывает.
 

Мшинь XV. Никогда мне не нравились эти георгины. А на вкус чистый одеколон, хоть припарки ставь на ночь.

Душинь Старший. Георгины − это символ королевской власти.

Мшинь XV. Хорошо, хорошо, но кто преступник?

Душинь Старший. Кто испоганил центральную клумбу с королевскими цветами, кто посмел надругаться над вашим символом.

Мшинь XV. Какая гадость.

Душинь Старший. Я полностью разделяю ваше мнение, ваше королевское...

Мшинь XV. Какая ты гадость, старший, главнейший советник...

Душинь Старший. А?

Мшинь XV. Ты хочешь сказать, что моя дочь государственный преступник? Что моё дитяти, кровушка моя, шерстинушка, совершила мерзкое деяние. Да она знает, что я эту клумбу на дух не переношу, вот и доставила мне радость. А ты, верёвка для просушки трусов, всё перевернул и оклеветал королевскую особу... На первый раз я тебя прощаю, хотя пусть Палач выпишет тебя пару десятков горчичников... под хвост, говорят разумную память укрепляет. А сейчас нам пора отобедать, этот советник меня задержал. Садовник, сегодня я в хорошем настроении, можешь к нам присоединиться.

Хвостатыч. А пиво будет?

Мшинь XV. Будет, но новую лопату не проси. Горчичник схлопочешь.

Хвостатыч. Понял.

Мшинь XV. Отлично, все ко мне. Да, Бенедикт, ты долго с советником не рассусоливай, быстренько поставь горчичник и к нам, чтобы жаркое не остыло.

Палач. К жаркому поспею. А вы, вашество, поторапливайтесь, слышали, что пожелали его величество? (уводит советника).
 
Все уходят, последними идут Лаура и Георг.
 

Георг Снежистый. Я прошу вашей руки.

Лаура-мша. Ой, право, какой вы попрошайка.

Георг Снежистый. Нет, я предлагаю обмен. Моё сердце, на вашу руку.

Лаура-мша. Заманчивое предложение. После обеда обсудим, пожалуй в беседке у пруда. Не забудьте, я буду ждать, а я так не люблю ждать.

Георг Снежистый. Сегодня самый чудесный день в моей жизни.
 
Гаснет свет.
 
Сцена 4
 
Кабинет короля. Большой глобус, массивный стол, заваленный бумагами, свёртками, рулонами. Рядом резное кресло, обширное, больше смахивающее на деревянный диван. В кресле крутится король, перекладывает подушки, что-то ищет. 
 
Мшинь XV. Куда же я её засунул? Позвать слуг, может они найдут? Хотя бесполезно. Зачем я их держу, дармоеды. (входит Душинь, как-то боком, лицо искаженно болью, иногда вскрикивает и оглядывается). А вот и ты, советник, ответь мне, куда я мог спрятать корону.

Душинь Старший. На голове, ваше величество.

Мшинь XV. Неужели? А на чьей?

Душинь Старший. На своей.

Мшинь XV. (ощупывает голову) Угадал, она точно тут. Как самочувствие?

Душинь Старший. Есть.

Мшинь XV. Не понял?

Душинь Старший. Самочувствие есть.

Мшинь XV. Да ты садись.

Душинь Старший. Можно я постою, ваше величество. Как-то мне не ловко сидеть после горчичников.

Мшинь XV. Странно, а мне в самый раз, даже не ощущаю.

Душинь Старший (с удивлением). Вам тоже поставили?

Мшинь XV. Нет, только тебе, а я не ощущаю, и настроение у меня хоть куда, после славного обеда у меня всегда чудесно внутри и снаружи. В этом как раз и есть смысл государственного управления, тебе сделали внушение, а я удовольствие получил. Ты лучше сядь, мне как-то неловко с тобой разговаривать, глаза вверх поднимать приходиться, а я привык сверху смотреть.

Возьми вон ту маленькую табуреточку с пуховичком и мостись на неё верхом.

Душинь Старший. Спасибо, вы на редкость великодушны.

Мшинь XV. Не отнимешь, что есть, то есть, без ложной скромности. Сел, ох, как идёт тебе эта табуреточка, я бы подарил её, но это память о супруге, любила она ей швыряться. Зачем пожаловал, помниться я не звал тебя?

Душинь Старший. Дело государственной важности.

Мшинь XV. У тебя что не дело, всё государственной важности. Мне кажется ты даже на горшок ходишь только по государственной нужде.

Душинь Старший. Бывает.

Мшинь XV. Рассказывай, пока меня послеобеденный сон не сморил.

Душинь Старший. Я провёл некий исторический поиск и вдруг мне открылась одна страшная истина.

Мшинь XV. Запугиваешь?

Душинь Старший. Нет, ваше величество, но мне не по себе. Оказывается при каждом короле, я имею предыдущие династии, ваша началась только с Инокрантия Сырного.

Мшинь XV. С моего деда, знаю, что дальше.

Душинь Старший. Так вот во все предыдущие династии при дворе обязательно были чудотворные явления. Причём смею вам указать, что явления эти были по указам королей.

Мшинь XV. Не мути воду, говори ясно.

Душинь Старший. К примеру некий дуралей при дворе Сырно пятого, по указу самого короля отправился в дальние страны на поиски чудо-птицы испускающей жар.

Мшинь XV. Это чучело которой стоит у нас под лестницей?

Душинь Старший. Да.

Мшинь XV. Выкинуть его давно пора, моль только плодиться, и электрики ругаются, оно иногда как полыхнёт, так и проводка сгореть может.

Душинь Старший. Сейчас никого не удивишь иллюминацией, но тогда, без электричества, это было ноу хау.

Мшинь XV. Пожалуйста, не ругайся, а то опять горчичник схватишь.

Душинь Старший. И не думал, это заморское слово, обозначающее (шепчет ему на ухо).

Мшинь XV(смеётся). Правда, хе-хе, а я всегда это называл... (шепчет ему на ухо, потом ладошкой закрывает рот, озираясь и хихикая). Ладно продолжай.

Душинь Старший. А при дворе Кривого Шаша, была принесена шапка невидимка.

Мшинь XV. Которую спёрли призраки, теперь они бродят по двору даже днём, спасу от них никакого. Да и от шапки проку ноль без палочки. Хотя, говорят, мой дед любил похаживать в ней в общественную баню, ох и озорник был.

Душинь Старший. Видите польза прямая, нам бы её найти, мы многое что узнали бы про наших вредителей.

Мшинь XV. Это, которые в муке заводятся?

Душинь Старший. Нет, которые нас окружают.

Мшинь XV. Ты часом не тронулся головой на вредителях, что-то часто о них заговариваешь.

Душинь Старший. Я служу вашему величеству верой и правдой.

Мшинь XV. Знаю, дальше давай.

Душинь Старший. Примеров тьма, но я не о них, а про ваш двор. Ведь ничего не происходило за эти три поколения королей.

Мшинь XV. Вот и чудненько, живём, никого не трогаем, турниры проводим. Кстати, хорошее место для мордобития, пожалуй тебя надо отправить на пару турниров, про вредителей бы враз позабыл.

Душинь Старший. Турниры, турнирами, а вот перед соседями стыдно. Скоро даже драные кошки над нами смеяться будут. Мол ничего необычного и чудесного не происходит при дворе Мшиня пятнадцатого. Кстати, а почему вас называют пятнадцатым, ведь вы третий на престоле.

Мшинь XV. А, я в семье был самым младшим, пятнадцатым в помёте. Моя мать была плодовита  и родовита, не то что бывшая супружница, сплодила девку и на покой, теперь и наследника нет.

Душинь Старший. Теперь я к самому главному. Ваша дочь на выданье и пора ей жениха подыскивать, пока сама не нашла серость какую-нибудь.

Мшинь XV. Полегче с моей дочерью, а то зад небось ещё чешется.

Душинь Старший. Чешется и не только зад, и не только от горчичников, но и от боли за державу. Надо начинать поиски достойных, а для этого рыцарские турниры с мордобитием не годятся. Пора начинать турниры многоплановые, с мыслями.

Мшинь XV. Зачем?

Душинь Старший. Чтобы найти достойных вашему сану и уму.

Мшинь XV. А я замуж не собираюсь.

Душинь Старший. Правильно, однако муж вашей дочери будет вашим прямым зятем, не меньше, а может и больше любого другого родственника. А вы, ваше величество, разве потерпите рядом со своей светлейшей особой бездаря и пустомелю?

Мшинь XV. Не-ет, конечно не потерплю.

Душинь Старший. Верно, соседи засмеют. Выбор должен быть беспроигрышным, в точку, в яблочко.

Мшинь XV. Какие предложения?

Душинь Старший. Пусть решит судьба.

Мшинь XV. Нет, тебя определённо надо на турнир отправлять, нашёл на кого полагаться. Судьба по женской линии, обманет, обязательно обманет.

Душинь Старший. И всё-таки пусть она решает, но задачку мы выправим и сделаем по своему.

Мшинь XV. Хм, объяснись.

Душинь Старший. Я предлагаю объявить чудодейственный турнир. Задачей которого будет сварить суп из колбасных палочек.

Мшинь XV. Турнир по кулинарии?

Душинь Старший. Нет, по чародейству, верности и сообразительности. Как раз то, что нам и надо. Ведь этот суп будет просветлять разум и продолжать жизнь. Вы его выкушаете, просветлеете и обретёте долгую, долгую жизнь. Тогда править вам до самых пра-правнуков. При полном комплекте удовольствий и власти. А чтобы не опозорить царственную белую линию, мы будем допускать до конкурса только белошёрстных.

Мшинь XV. Хм, заманчиво, а вдруг никто не сварит суп, колбасные палочки, это ж просто палочки, деревяшки.

Душинь Старший. Сварит, кто-нибудь обязательно сварит. А если нет, то быть вам королём до полного сварения.

Мшинь XV. Тоже вариант, согласен. Пиши свой вердикт, я поставлю на нём свою королевскую печать.

Душинь Старший (в зал). Неужели удалось?!

Мшинь XV. Ты что там шепчешь?

Душинь Старший. Меня переполняет восторг от вашей мудрости и прозорливости, ведь до такого не додумался бы даже великий маг и чародей Мерлинмшинь.

Мшинь XV. Да, можем, и опять таки без ложной скромности. Хватит бездельничать, иди и пиши мой вердикт.

Душинь Старший. Слушаюсь и повинуюсь моему королю, умнейшему на всём белом свете.

Мшинь XV. Иди, иди, захвалишь ещё ненароком, а это хуже сглаза.
 
Гаснет свет
 
 
Действие третье
Сцена 1
 
Комната гостиницы.
 
Георг Снежистый.  Эмиль, мы пропали!

Эмиль.  Почему же мы?

Георг Снежистый.  Потому что ты меня не бросишь, а я точно пропал.

Эмиль.  Вот так, жили были, а тут вдруг оказывается, что мой хозяин не просто мышь благородная, а он элементарный камень с большой дороги. Сам в канаву завалился и у меня на шее повис, туда же затащил.

Георг Снежистый.  Как ты можешь такое говорить?!

Эмиль.  Могу промычать, или продудеть.

Георг Снежистый.  Не смей со мной так себя вести, ищи выход.

Эмиль.  Выход из гостиницы вон там, что его искать.

Георг Снежистый.  Не дерзи, сам знаешь какой. Этот советник уже объявил, что завтра он сварит волшебный суп из колбасных палочек, просветляющий мозги королю. Мы пропали, моя Лаура-мша пропала. А как она меня любит, как любит, ты бы знал.

Эмиль.  Ой, съешь меня кошка, как будто я не знаю.

Георг Снежистый.  Откуда?! Она сказала, что верна мне до гроба, и только мне, и если кто-нибудь выиграет этот безумный турнир, она примышинно откажется от престола и звания принцессы.

Эмиль.  Я говорю обобщённо, имея в виду некий абстрактный образ женской половины. А вот по поводу престола, то у меня возник вопрос, вдруг среди призёров окажетесь вы, ваше белошерстие, тогда она согласится на престол?

Георг Снежистый.  Думаю, что да, но как я смогу сварить суп из колбасных палочек, просветляющий разум и продлевающий жизнь?!

Эмиль.  Про жизнь тут всё понятно, поди докажи, ведь ясно станет не сразу, а Душинь за это время успеет провернуть свои делишки. Говорят он с котом спутался. А вот что касается разума, тут посложней будет.
 
Стук в дверь, появляется озирающийся Палач, ведущий кого-то под накидкой. Когда они входят, он сдёргивает накидку, под которой оказалась принцесса.
 

Георг Снежистый  (обнимает принцессу). О моя любовь! Нас хотят разлучить, хотят погубить.

Лаура-мша. Я ни за что на свете не соглашусь на разлуку, лучше податься в бега.

Эмиль.  Опять по помойкам лазать, я уже отвык, не знаю как тебе Беня, а по мне лучше плохая таверна, чем хорошая банка из под тушёнки.

Палач. Согласен.
 
Стук за дверью и сразу же появляется старая фрейлина.
 
Шеве Длинноусая. Ха, все в сборе, я так и знала. Приступим к совещанию.

Эмиль (удивляясь). Она канцлер или советник?

Палач. Нет, что вы, это прелестнейшая Шеве Длинноусая.

Шеве Длинноусая. А, мой вздыхатель тоже тут, примерку к гробу делаешь? Или новую петлю вяжешь?

Палач. Мадам, вы хотите обидеть честного труженика.

Шеве Длинноусая. От вашей честной работы плачут дети.

Палач. Издержки есть в любой работе.

Шеве Длинноусая. Вы же талант, не зря же об этом трещит наш король на каждом перекрёстке, почему бы вам не сменить род своей деятельности?

Эмиль.  Да, Беня, почему? Меня, как твоего друга,  тоже волнует эта тема.

Палач. Дело всё в призвании, хотя больше всего я боюсь остаться один, а так всё при деле, всё при мышках.

Шеве Длинноусая. Чисто изверг в памперсах, я сейчас расплачусь от умиления.

Палач. Вот если бы кто-нибудь пошёл бы за меня, такая красивая и бесподобная как вы Шеве, я бы всё бросил. Завёл бы сад и колбасню с сыроварней. У меня даже схемы есть, хотите покажу?

Шеве Длинноусая. Я не для этого пришла, чтобы ваши грязные намёки рассматривать, детей надо спасать.

Палач. Надо.

Шеве Длинноусая. Вот это другой разговор, а сможете пойти против воли короля?

Палач. Э-э...

Шеве Длинноусая. Сдулся наш герой.

Палач. Если только ради вас?

Эмиль.  И ради дружбы!

Палач. Да, за ваши глазки и умопомрачительные усищи, и ради нашей с Эмилем дружбы, я готов на всё! Даже поступиться призванием и королём.

Шеве Длинноусая. Отлично, отряд в полном порядке, приступим к обсуждению дислокации противника!

Лаура-мша. Шеве, родная, откуда у вас столько отчаянной решительности?

Шеве Длинноусая. Мало кто знает девчонку с помойки, Шеве Проныру, мы там все боевые! А перед вами была старая полусумасшедшая сошка...

Палач. Я бы так не сказал, я всегда вами восторгался.

Шеве Длинноусая. Пока можешь спрятать подальше восторги, к бою!

Георг Снежистый.  Приказывай, Шеве Проныра, я без сопротивления не отдам свою любовь!

Шеве Длинноусая. Слова рыцаря, мальчик возмужал! Поздравляю Лаура, у тебя достойный избранник!

Лаура-мша. Спасибо, Шеве.

Шеве Длинноусая. Я узнала, что кот Себастьян, варит зловещее зелье, которое Душинь добавит в своё варево. От него у короля помутиться разум.

Палач. Да, но прежде король заставит самого Душиня выпить этот супчик-компот.

Шеве Длинноусая. Правильно, наши злодеи тоже не лыком шиты. Себастьян даст Душиню противоядие перед турниром.

Эмиль.  Каковы наши действия?

Георг Снежистый.  Я заколю Душиня на поединке.

Шеве Длинноусая. Куда он не придёт, а ты зарежешь подкупленного бедолагу. Потом тебя арестуют и будешь куковать в подземелье.

Лаура-мша. Но только со мной!

Георг Снежистый.  Лаура!

Шеве Длинноусая. Нет, надо подменить варево Душиня. Мне кажется надо дать ему едкой горчицы. От неё никто ещё не умер, хоть она жжёт рот.

Палач. Да, но Георгу надо будет сварить просветляющий суп. Как сварить, никто не знает, а без супа не будет ни принцессы, ни королевства.

Эмиль.  Я знаю как.

Георг Снежистый. О, Эмиль, ты мой спаситель, мой друг!

Лаура-мша. Наш спаситель! Наш друг!

Палач. Бьют колокола, пора идти.

Шеве Длинноусая. Бенедикт...

Палач. Как звучит моё имя в ваших устах! А можно Беня?

Шеве Длинноусая. Беня, нет времени сюсюкать, бегите на кухню, я задержу Душиня. Вам принцесса тоже надо спешить, король ждёт вас в пурпурной ложе турниров. (в зал) Ну, Душинь, душенька, держись, отольются тебе мышиные слёзки!

Георг Снежистый. Прощай моя любовь!

Лаура-мша. До встречи, где бы она не произошла!
 
Уходят Бенедикт, Шеве и Лаура.
 
Эмиль.  А теперь слушайте меня внимательно, ваше белошерстие...
 
Гаснет свет.
 
Сцена 2
 
Дворцовая площадь. В центре на заднем плане пурпурная ложа, где расположились король и его свита, рядом различные зеваки. Ближе к публике стоят два котла, вокруг которых хлопочут садовник и палач. С одной стороны выходит Душинь со слугой, несущим связку колбасных палочек и под полой склянку. Слугу перехватывает Палач, хватая за шиворот, поворачивает к Шеве, та отнимает склянку и даёт другую, при этом прикладывает палец к своим губам. Слуга оторопело пытается выскочить, но Палач показывает ему топор, и тот, тяжело вздохнув, смиряется и с новой склянкой спешит за Душинем, который ничего не заметил, т.к. был поглощён своей речью, записанной на свитке. С другой стороны выходит Георг и Эмиль, который также держит связку палочек. Георг преисполнен собственной значимости и достоинства.
 

Шеве Длинноусая (обращаясь к Палачу, не очень громко). Почти получилось, вы, Беня, были великолепны.

Палач. И счастлив как никогда, я хотел бы вам сделать...

Шеве Длинноусая. О своих фантазиях чуть позже.

Душинь Старший. Почтенную публику прошу затихнуть и обратиться в одно внимание, я буду говорить.

Мшинь XV. А король к публике относится?

Душинь Старший. Король превыше всего!

Мшинь XV. Тогда я могу не слушать твою галиматью? (в публике весёлое оживление).

Душинь Старший. Король волен делать всё, что ему заблагорассудиться.

Мшинь XV. Экий ты выворотень, читай, так и быть снизойду и послушаю. А где мой палач, без него трудно грамматические ошибки исправить в драматические,  что меня немного сердит.

Палач. Ваше величество, я здесь. Не грустите.

Душинь Старший. Позвольте ваше величество? (советник показал на свиток и король махнул рукой). Во исполнение древних обрядов, рождённых на стыках истории и волшебных похождений, а также согласно вердиктам от (что-то произносит неудобоваримое)... жентатцого и указу его магического...жемена-мена-тена...  Хохлуня четвёртого, произвести турнир для выявления потенциального и неоспоримого претендента на руку, шерсть, сердце и хвост, её высочества принцессы Лауры-мша. А также на королевство, и долгую жизнь безбедно короля мышей и прочих тварей (ударение на "е"). После того, как прозвучит колокол, испытуемые приступают к варки волшебного супа из колбасных палочек. Апробация сего кулинарно-волшебного зелья будет произведено немедленно. На сегодня у нас два участника турнира: благородный, освещённый лунным затмением и пропахший сальной свечой советник его величества, Душинь Старший, коего в народе зовут бесстрашным и благородным.

Мшинь XV (обращаясь к палачу). Я что-то ни разу не слышал, чтобы его так звали.

Палач. Он немного напутал, ваше величество, ведь вы правильно отметили, что с грамматикой у него туговато, а как я погляжу, у него и с орфографией такие же проблемы. Надо читать бескашным и огородным.

Мшинь XV. Хорошо звучит, главное в точку.

Душинь Старший (продолжает, не обращая внимания на замечания). Второй участник из провинции, некий Георг. Мышь белая, рост надцать вершков, ширина хм-цеть ширшков, четыре лапы, два глаза, хвост умеренный, без крайностей.

Мшинь XV. Без крайностей это замечательно, молодёжь должна быть без крайностей и умеренной, мне нравится.

Душинь Старший. Разрешите приступить к забегу?

Мшинь XV. Какой забег, варите!

Душинь Старший. Я образно выразился. Колокол! (бьёт колокол)

Душинь начинает делать пассы над котлом, бросает палочки по одной штуке и незаметно, пряча лапу в широком рукаве, выливает содержимое склянки в котёл. После чего начинает пристально смотреть в котёл, через некоторое время поднимает руки и кричит различные несуразности. Георг и Эмиль стоят молча, и даже не подходят к котлу, просто наблюдают за советником.
 
Душинь Старший. Сорока-морока, забияка-макака, зайцы-китайцы, отопри-затвори, бурда завильон... вильон, вильон, бом! Готово! Можете кушать, ваше величество, горячий, благоухающий суп из колбасных палочек, просветляющий разум и освежающий жизнь, к вашему столу.

Мшинь XV. Шустрый у нас претедент-советнник. А кто первую пробу снимет?

Душинь Старший. Необязательно снимать пробу, ведь даже пробуя, кто-то просветлиться и проживёт неимоверно долго, можно сказать, что он  бездарно истратит королевские годы.

Мшинь XV. Верно, наши годы надо ценить, их не вернёшь, но без пробы нельзя.

Палач. Нельзя, ваше величество, вдруг разворот будет иным.

Мшинь XV. И в тоже время, нельзя любого из подворотни брать, вдруг правильно сработает, тогда пусть лучше живёт мышь, дорогая сердцу короля. Задачка-то какая, не из простых. Может ты попробуешь (обращается к Палачу), как никак палач его величества, всегда на острие стоишь.

Палач. Вообще-то я с остриём стою, но ежели вы прикажете, я выпью весь суп без остатка.

Душинь Старший. Можно только одну миску для пробы, всё остальное королю!

Палач. Ваше величество, а пусть кто варил, тот и пробует.

Мшинь XV. Правильное решение, приступай, Душинь.
 
Советник кланяется королю, делает знак слуге и тот наливает тарелку супа. Душинь на вытянутых руках проносит суп вдоль строя присутствующих, прикрывая глаза.
 

Душинь Старший. М-м-м, какой аромат, у меня даже от запаха уже голова просветляется. Может не стоит, ваше величество, тратить этот божественный продукт на ваших подданных, хоть и верных, но...

Мшинь XV. Хватит зубы заговаривать, ешь, а Бенедикт проследит, чтобы всё проглотил, до дна, можно одним глотком.

Палач. С удовольствием прослежу (берёт за край тарелку и подталкивает её к советнику).

Душинь Старший (с опаской, глядя на палача). Я-а-а, могу сам.

Палач. Можешь, но вдвоём сподручней. Слышал, что велели его величество, одним глотком и до дна. Приступай, не задерживай высокородных господ.
 
Душинь выпивает суп. Палач ему помогает, придерживает его голову и буквально вливает в него содержимое, после чего показывает королю пустую тарелку. Советник, не глотая суп, начинает метаться по сцене, пытаясь соблюсти достоинство и не выплюнуть варево. Наконец он его проглотил, сел на пол, буквально рухнул, открыл рот и заорал, показывая пальцем в рот.
 

Душинь Старший.  А-а-а-а!!!

Мшинь XV (с сочувствием  и любопытством). Ох, как его просветляет...

Палач. Точно (заглядывая ему в рот), я даже хвост вижу, пробрало основательно.

Душинь Старший.  А-а-а-а!!!

Мшинь XV. Слушай Бенедикт, мне страшно это пойло есть. Пусть уж лучше я не просветлённый останусь.

Палач. Мне кажется, что вам не к чему эти глупости, у вас и так всё есть, зачем просветляться, а вдруг удовольствие потеряете.

Мшинь XV. Есть подозрения?

Палач (глядя на советника) Есть.

Душинь Старший.  А-а-а... во-о-оды-ы... (выбегает его слуга и выносит ведро с водой, куда советник буквально ныряет с головой, высовывается и зло в зал). Ну, кошатина, погоди, я доберусь до тебя, ...я из тебя ливерную колбасу сделаю, кошачьи чипсы...

Мшинь XV. О чём это он?

Палач. Не знаю.

Мшинь XV. А вторые претенденты... вы что стоите, бездействуете, будете варить суп из колбасных палочек?

Георг Снежистый. Без сомнения, ваше величество, только одно есть обстоятельство...

Мшинь XV. Опять условия, что за день сегодня, все ставят мне условия. Отвечу сразу, пробовать ваш суп первым не буду, сами ешьте, а я посмотрю.

Георг Снежистый. По нашему рецепту, суп варится с участием того, кто его будет поглощать, только тогда он подействует.

Мшинь XV. Мне не нравится ваш рецепт, пусть кто-нибудь другой участвует.

Палач. Пусть советник ваш и поучаствует, это же его идея с этим турниром. Да и после его супчика в него что-то вступило, ему явно нужно просветление.

Георг Снежистый. В таком случае, ваше высокоблагородие, потрудитесь подойти к котлу (Георг обратился к Душиню, и Палач сразу подхватил того подмышки и поволок к котлу. Советник недоумённо и безучастно оглядывает всех).
 
Георг, кланяется королю, даёт знак Эмилю и поочерёдно начинают бросать палочки в котёл. Затем Георг жестом приглашает советника, Палач подводит того к котлу, поднимает и крепко держит. Георг берёт хвост Душиня и заталкивает в котёл. Советник вновь кричит, Георг тут же вытаскивает хвост из котла, но слышен крик Шеве, что суп ещё не настоялся, надо подержать ещё немного хвост. Советник опять орёт. Так продолжается несколько раз. После чего его отпускают и он вновь валится на бок.
 

Мшинь XV (качает головой). Горемышный, как его сегодня просветляют, все кому не лень. Прямо какой-то век просвещения наступает, как бы лапы не отдавил.

Палач (с удивлением). Смотрите, ваше величество, а хвост у нашего советника серый!

Мшинь XV. (в страхе ёрзает по креслу) Сработал суп!

Шеве Длинноусая. Ах, у него и шерсть на спине тоже серая!

Лаура-мша. Да он весь серый, волшебный суп из колбасных палочек проявил сущность советника!

Душинь Старший (крутиться). Не может быть! Не может... ах, ты бесстыжая кошка!

Лаура-мша. Папа, он оскорбляет принцессу!

Душинь Старший (кричит). Я не серый! Это вы серость, хоть и в белых шкурках. Я талант, я всё вам делал, всё! Управлял вашим бездарным мышиным королевством, вы без меня никуда, даже бумажки не напишите. Ваш король, как зажравшаяся крыса, уже ничего не решает, ничего не подписывает, я, только я, управляю в этом государстве, вы без меня ничто...

Мшинь XV. До чего сильно действует ваш суп. Опасное варево. А этого уберите с моих глаз, надоел (выбегают слуги и утаскивают визжащего Душиня). Мы повелеваем, запретить варить всякие супы из палочек, пусть всё будет по старинке, как обычно. Думаю, так будет вкусней.

Палач. Трудно с вами не согласиться, ваше величество.

Мшинь XV. Трудно, не спорю.

Палач. Однако надо вашу дочь замуж выдавать. Юный Георг выиграл турнир.

Мшинь XV. Может повременим, мала ещё?

Лаура-мша. Как за всяких Душиней, так уже повзрослела, а как за любимого, так мала! Вы папаша совсем ополоумели, или нанюхались Душиненых разговоров?

Мшинь XV. Бенедикт, а советник был прав, у неё уже амуры. Выросла девочка, я и не заметил. Наверное постарел?

Палач. Что вы, что вы, ваше величество. Вы хоть куда.

Мшинь XV. Любишь, говоришь? А ты, юноша, Георг Снежистый, если память мне не изменяет?

Георг Снежистый. Да, ваше величество.

Мшинь XV. Что да, любишь или Георг?

Георг Снежистый. Люблю и Георг! (падает на колени, к нему подбегает принцесса и тоже падает на колени и берёт за руку Георга).

Лаура-мша. Папенька, осчастливьте меня, нас, благословите!

Мшинь XV. Беня, мне нравится эта пара, а как тебе?

Палач. Я в восторге!

Мшинь XV. В таком случае, я объявляю вас мужем и женой, можете теперь прилюдно целоваться и не топтать мои клумбы. Я хоть их не люблю, но всё же жаль садовника.

Палач. Ваше величество (Палач выводит из толпы Шеве), вот моя возлюбленная и я тоже хочу жениться, разрешите, так сказать оптом оно дешевле, меньше затрат на свадьбы.

Мшинь XV. Беня, мой дорогой Беня, ты решил покинуть меня?!

Палач. Нет, что вы. Я только уйду с должности, но ведь мы же друзья, ими и останемся, навечно, сами говорили.

Мшинь XV. Говорил, но кажется я останусь одиноким.

Шеве Длинноусая. Вы можете приходить к нам когда вам будет угодно. Знаете как я пеку плюшки с салом?

Мшинь XV. Поаккуратней, я ведь могу и остаться у вас.

Шеве Длинноусая. Это будет для нас такая радость.

Мшинь XV. Правда?

Палач. Не сомневайтесь!

Мшинь XV. Тогда я тоже ухожу с должности. Молодым у нас всегда дорога, вот пусть они женятся, а мы заодно их покоронуем, опять таки экономия, хе-хе!

Лаура-мша. Как в рыцарских романах. Ах, папенька, это самое лучшее из чудес!

Мшинь XV. Ура! До здравствует новый король! Георг Первый Снежистый!

Все. Ура! Ура!

Эмиль.  А я стало быть теперь слуга короля?!

Георг Снежистый. Нет, теперь ты советник короля!

Мшинь XV. Серая мышь при дворе?!

Палач. А почему бы и нет, ваше величество, я тоже серый и никогда этого не скрывал, в отличии от вашего советника, двуличного лизоблюда Душиня.

Мшинь XV. Хм, верно, только одно неправильно, я теперь не величество, зови меня просто Мшинь или Миша.

Палач. С большой радостью, ваше...

Мшинь XV. И на ты...

Палач. А вы... э-э... ты, зови меня Беня. Ох, и наедимся мы сегодня плюшек с салом! Миша!

Мшинь XV. Беня! (обнимаются) Вперёд, на свадьбы и коронации, Георг, объявляй всеобщий мышиный праздник. Королевство гуляет всю неделю!

Георг Снежистый. Объявляю мышиный праздник на неделю, всем веселиться!
 
Все уходят радостные. Влюблённые под ручки, Мшинь в обнимку с Шеве и Беней. На сцене остался один садовник, он осторожно подходит к котлу с супом из колбасных палочек, берёт половник и пробует на вкус.
 
Хвостатыч. Перец в самый раз, а вот горчицы маловато, как и соли. Можно ещё картошки добавить... (сплёвывает). Эх, белая шерсть, даже суп не могут сварить в простоте (уходит).
 
Гаснет свет.
 
 
 

 

Перейти в архив


Новинки видео


Другие видео(83)

Новинки аудио

If day shoyld part us P.B. Shelly.
Аудио-архив(96)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход