Конфессиональная лексика в прозе Н.С. Лескова

Дата: 28 Августа 2015 Автор: Кажан Валентина, Калинина Раиса

В творчестве Н. С. Лескова, по мнению В. Троицкого, органически сочетались реализм и романтическая мечта, насыщенность повествования массой конкретных, конкретных, иногда документальных подробностей, почти натуралистические зарисовки и глубокая, художественная обобщенность воссоздаваемых картин [6, с.3-4].

Действительно, в прозе писателя мы постоянно ощущаем животворную связь с фольклорными, мифологическими, русскими и зарубежными национально-историческими источниками и героями: Илья Муромец, Андрей Первозванный, Андрей Рублев, Нил Сорский, Андрей Боголюбский, Зевс, Юпитер, Даная, Гермес, Платон, Плутарх, Зоил, Савонарола, Фернейский пустынник (Вольтер), Макиавелли и мн.др.

Тексты Лескова наполнены указаниями на известные исторические события: чугуевский бунт, филаретовщина, турецкие войны, Венгерская кампания, Брестская уния и т.п.

На страницах его произведений встречается множество прецедентных имен святых, апостолов, известных исторических и религиозных деятелей, богословов, монахов, основателей монастырей, военачальников, ученых, писателей, художников и т.д. Например: святая Варвара, Ветхозаветная Анна, святой Алексей, Николай Угодник, апостол Павел, апостол Иоанн Богослов, пророк Аввакум, пророк Иеремия, пророк Аммос, аббат Лакордер, монах И. Вишенский, Августин Блаженный, богослов Нимейер, Кирилл Иерусалимский, епископ Никанор, митрополит Филофей, епископ Викарий, Архимандрит Леонид, Архимандрит Фотий, митрополит Серафим, митрополит киевский Петро Могила, киевский губернатор Фундуклей, Сигизмунд ІІІ, Петр Первый, Б. Хмельницкий, Г. П. Павский, Песталоцци, Кеплер, Брегет, Гумбольдт, Марко Поло, Тициан, О. Кипренский и мн.др.

Имена служат своего рода знаком определенных качеств, символизируют тот или иной прецедентный текст или прецедентную информацию: Исход Израилев был: поехали в Питер Россию направлять на все доброе все друзья мои – и губернатор, и его оный правитель (Соборяне) [3, с.99-100] (упоминается переселение, уход израильского народа из Египта в Палестину, о котором рассказывается в Библии); Откуда он и кто такой, - едва ли кто-нибудь знал с достоверностью. Шутливые люди решались даже утверждать, что «майор Шульц» и есть вечный жид Агасфер или другое, столь же таинственное, но многозначащее лицо (Мелочи архиерейской жизни) [4, с.194]; Оба эти лица предвкушают захватывающее их блаженство – они готовятся насладиться стычкой Гога с Магогом – Туберозова с Термосесовым! (Соборяне) [3, с.208] (имеются в виду упоминаемые в Библии князь и народ, а в тексте эти имена используются в значении «противники». По легенде, Агасфер нанес удар Христу, поднимающемуся на Голгофу, за что был обречен на вечные скитания).

Писатель часто использует хорошо известные ситуации, яркие признаки которых запечатлены в народном сознании с определенной эмоциональной оценкой: Термосесов поднял вровень с своим лицом карточку покойного графа Муравьева и пропел: - Михайло Николаевич, здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте! – Вы с ним разве были знакомы? – Я?.. то есть ты спрашиваешь, лично был ли я с ним знаком? Нет; меня бог помиловал, - а наши кое-кто наслаждались его беседой (Соборяне) [3, с.194] (Речь идет о М.Н. Муравьеве, одном из наиболее реакционных государственных деятелей, который за жестокость подавления Польского восстания 1863 года был прозван «вешателем».)

А вот намек на ситуацию, которая сложилась в юго-западном русском крае, где право избрания епископов было в руках королей. Служители церкви не заботились о народном благе, народ на них жаловался и не признавал за своих пастырей: Над сими пастырями сбылось вполне слово Писания: «Овцы за ними не шли, а бежали от них, как от наемников» (Райский змей» [4, с.449].

В течение всей своей литературной деятельности Лесков был обеспокоен вопросами веры и христианского поведения, дух христианства распространялся  и утверждался во многих произведениях писателя, а особенно в хрониках «Соборяне», «Захудалый род», «Святочных рассказах», очерках «Мелочи архиерейской жизни», «Райский змей», рассказах «Архиерейские отъезды», «Епархиальный суд», «Синодальный философ» и др.

С помощью религии Лесков надеялся преобразовать человечество, изменить и улучшить бытие, сделав религиозность внутренним миром каждого человека. В этом писатель был солидарен с Крыловым, который, по мнению самого Лескова, «кратко» и «прекрасно» говорил о Боге так: «Чтобы Бога знать, быть надо Богом, Но чтоб любить и чтить его, Довольно сердца одного» [2, с.364].

Следовательно, широкое и сознательное обращение писателя к церковно-религиозной терминологии представляется вполне закономерным и мотивированным.

Анализ языка лесковской прозы позволяет говорить о многообразии функционального использования понятий конфессиональной сферы. Выделяются две группы терминов, использующихся как в прямом (в своей основной номинативной функции), так и в переносном значении. Выполняя функцию непосредственного изображения действительности, лексемы религиозно-церковной терминосферы обозначают: служителей церкви: архиерей, иеродиакон, иеромонах, изограф, калуер, келейник, ктитор, костыльник, литургист, протоиерей, псаломщик, ритор, синолог, скитник; облачение: епитрахиль, камилавка, куколь, полиелей, сакос, стихарь, атрибуты церковной службы: алтарь, аналогий, антиминс, мирница, митра, налой, ослопная свеча, потир, рака, солея, дикирий, трисоставная лампада, тябло; мифические понятия: ангел, апостол, бог, богородица, велиар, демон, дьявол, Егова, христопродавцы; религиозные сооружения: Божий храм, катедра (кафедра), лоно, митрополичья церковь, обитель, притвор, приходская церковь, скиния, часовня; церковную литературу: апокриф, Библия, Великий прокимен, Евангелие, Когелет, кормчая, молитословник (молитвенник), Пластырь, сорокоуст, требник, шестопсалмие, четминеи; обряды и песнопения: антифоны, епитимия, исполатие, катавасия, паломничество, паремии, прокимны, проскомидия, радения; Святки Петровки, рясофор, Триодь Цветная; религиозные системы и веры: катехизис, католичество, пиетизм, прозелитизм, уния, христианство, штунды; абстрактные религиозные понятия: вера, грех, душа, обряд, религия; праздники, округа, живопись, советы: Красная горка, консистория, Крещенье, Мокрый Спас, Петровка, поповка, причастие, целебник.

Часть терминов устарела (симония – приобретение духовных должностей подкупом; седьмица – неделя) или относится к числу узкоспециальных, например: прозелетизм – приверженность новому верованию; скиния – переносная (походная) церковь во время странствий по пустыне; Деисус – икона, на которой изображаются Христос, Богородица, Иоанн Креститель. Заметим, что подобные слова-термины, как правило, функционируют в прозе Лескова без объяснений и сносок: Он оставил епархию расторгнутою чуждым учением (штундою), с которым борьба трудна, а исход неизвестен [3, с.250]; «…многие от одного этого бесстыдного видения спешили перебегать в тихую штунду» (Соборяне) [3, с.250].

Судьба слов, тесно связанных с понятиями религиозного характера и изменивших свое содержание в XVIII-XIX вв., по мнению лингвистов, была тесно связана с активизацией религиозно-философской мысли в России и ее развитием; возникшая полемика способствовала изменению семантики ряда слов [1, с.258]. Детерминологизация коснулась, например, таких конфессиональных терминов, как пропаганда, догмат, апологет, отщепенец, ренегат, раскольник, сектант, сепаратист и др.

Термины религии включаются и в процесс образно-переносного употребления, приобретая в художественном контексте лексическое значение, основанное на ассоциативных связях. Например: «Владыка» при малейшем сомнении, сама бралась за Кормчую и, рассмотрев дело, решала его так, что оставалось только исполнять, потому что решение всегда было правильно (Мелочи архиерейской жизни) [4, с.56]; Скажите ему, чтобы он мне повинился и попросил помочь, - я очень рад и сам съезжу к бонзе. Старик мне не откажет, - сейчас подмахнет разрешение(Мелочи архиерейской жизни) [4, с.289]; Занят я был мыслью высокою, чтоб, усовершив себя в земной юдоли, увидеть невечерний свет и возвратить с процентами врученный мне от Господа талант (Соборяне) [3, с.115]; Этого ни в какой конклав нельзя пустить, чтобы кто-нибудь не пострадал (Русское тайнобрачие) [4, с.392].

Лесков обращается и к таким средствам словесной образности, как метонимия и синекдоха: Он умер без всяких мучений на светлый день Христова Воскресенья, после обедни, за которою сам читал Апостол (Захудалый род) [4, с.4]; Я всегда после Евангелия в церковь хожу: не знаю, что там читается (Отборное зерно) [5, с.70].

Иногда прямое значение терминов осложняется эмоционально-экспрессивными элементами, суффиксами субъективной оценки и контекстом: И стричь-то, и брить-то нас хотели, и в аббатиков переделать желали (На краю света) [4, с.395].

Анализ функциональных особенностей терминов конфессиональной сферы показывает расширение круга их сочетаемости. Существенное влияние на характеристику терминов в тексте оказывают прилагательные, существительные. Сравним: …для обеден я «раннего батюшку» за себя нанимал (Русское тайнобрачие) [4, с.395]; …он продолжал быть строителем тайн Божьих и верным слугою короля (Райский змей) [4, с.444].

Активное включение терминов религии в лесковскую прозу приводит к созданию обобщенно-символических образов, поэтических сравнений, метафор. Религиозные термины могут участвовать в создании образов, являясь элементом художественных сравнений: Путь свой на работах мы проходили с ним точно иудеи в своих странствиях пустынных с Моисеем, даже скинию свою при себе имели (Соборяне) [3, с.6]; Трости эти … как библейские змеи, которых кинули пред фараона египетские кудесники (Соборяне) [3, с.51]; Она была дворянам… все равно, что столп огненный, в пустыне путеводящий… (Захудалый род) [4, с.62].

Чаще всего эту функцию выполняют библейские образы. Обратимся к примерам: И жертва его прямо идет, как жертва Авелева (Соборяне) [3, с.59]; …и назван он был «непочтительным Хамом» (Соборяне) [3, с.68]; …подобно Ионе, уже храпляху (Архиерейские объезды) [4, с.580].

         Слова религиозной тематики используются в авторском тексте как синонимы или антонимы. Синонимы чаще всего выполняютфункцию уточнения, например: Кто-то выразил было некоторое сомнение насчет такой податливости владыки, но правитель совсем обелили его преосвященство… (Мелочи архиерейской жизни) [3, с.289]; …был «действительный поп», то есть настоящий священник (Случай у Спаса в Наливках) [3, с.536].

Нередко используемые писателем термины сопровождаются в тексте пояснениями, таким образом образуются абсолютные синонимы: А настоятель, ничтоже сумняся, его острижет и возложит на голову его священный куколь, или шлем духовный… (Случай у Спаса в Наливках) [3, с.547]; Но попы и московские дьяки издавна славились своею искательностью, а есть еще народ, община, т.е. прихожане церкви Всемилостивого Спаса в Наливках. Какая по этому последовала резолюция, из дела не видно, а «приходские люди» стояли на своем… (Случай у Спаса в Наливках) [3, с.552]; За полтора месяца до своего успения преосвященный Кирилл написал «тестамент», или духовное завещание… (Райский змей) [3, с.552]; Таким образом, тип наших «ранних батюшек» возникал из бродяг духовного чина исторически и обозначался, как заместитель, или викарий в приходе (Бродяги духовного чина) [3, с.497]; А между тем то, что мы, по обыкновению, называем публикою, есть, в известном смысле, та же церковь, то есть собрание людей, связанных единством духовных интересов… (Епархиальный суд) [3, с.337].

Термины-антонимы встречаются в прозе Лескова реже: Один из священников, отец Гавриил (Григорьев) был «действительный поп» … а другой – отец Кирилл (Федоров) «не действительный»… (Случай у Спаса в Наливках) [3, с.536]; ранние обедни – поздние обедни (Бродяги духовного чина) [3, с.496]; хороший клир – дурной клир (Епархиальный суд) [3, с.337].

Широкая начитанность, исключительная память писателя способствовали насыщению текстов его произведений пословицами, афоризмами, библейскими цитатами. Часто выдержки из Библии используются в качестве эпиграфов: «Род проходит и род приходит, и земля же вовек пребывает(эпиграф к первой главе романа-хроники «Захудалый род») [4, с.3]. К святочному рассказу «Отборное зерно» Лесков подбирает цитату из Евангелия: «Спящим человеком прииде враг и всея плевелы посреди пшеницы» [5, с.57].

Прецедентные высказывания иногда структурно и содержательно трансформируются, в них складывается обновленный смысл. Ср.: …сказал мне однажды о княгине так: - Она это… была всем дворянам-то и всей прочей околичности … что столп огненный в пустыне путеводящий и медный змий, от напастей спасающий (Захудалый род) [4, с.62]. Образ «столп огненный в пустыне путеводящий» восходит к ветхозаветной истории исхода евреев из Египта, а «медный змий, от напастей спасающий» - это намек на идола «Нехуштана», поставленного евреями ради спасения от напавших на них змей (так велел сделать Моисею Бог).

Библейские цитаты в творчестве Лескова многофункциональны. С их помощью автор характеризует окружающую его действительность, героев, рассказчика, их речь. Ср.: И больной с доктором, пошутив, весело расстались. А между тем подумайте, читатель: сколько горького в этой шутке, которою отводил свою досаду очень умный русский человек духовного чина? Сколько в том, что он осмеивал, чего-то напрасного обременяющего и осложняющего жизнь невыносимыми условиями, которые чуть не целые века стоят неизменными только потому, что никто не хочет понять их тяжесть и снять с людей «бремена тяжкие и неудобоносимые» (Архиерейские объезды) [4, с.234]; Об условиях со мной не говорите: делающий достоин мзды, а вол молотящий – корму. Более мне ничего не нужно (Захудалый род) [4, с.171]; Какая юность, какая свежесть угасла. Вот именно «вкусих мало меду и умер» (Интересные мужчины) [5, с.350]; - Трудящийся достоин мзды, - говорил он шутя, но с серьезными целями Муравьев. – Я вас просвещаю, а вы меня кормите (Таинственные предвестия) [5, с.377].

Наблюдения показывают, что писатель использует не только прямое цитирование (точные цитаты из Библии), но и частичное, а также вольное изложение библейских текстов. Ср.: Словом, ступай и губи свою чистоту, как пожелала супруга важного человека! Но если генерал и государственный сановник считали ни во что секретарскую добродетель, то ему самому она была дорога, и он надеялся ее отстоять с упованием на бога, перед очами которого и синодальный секретарь все же стоит и более двух воробьев, предлагаемых за единый ассарий (Синодальный философ) [4, с.473]; Проведя все это в уме, она вслух договорила свою мысль: - Это не лад, а разлад. – Да, принесен «не мир, а меч», - спокойно отвечал ей Червев (Захудалый род) [4, с.185]; Он почему-то утверждает, что эти деньги найдутся. Он говорит об этом так твердо и с такой уверенностью, что если только верно, что вера может переставлять горы, - то его уверенность должна сбыться (Интересные мужчины) [5, с.349] (выделенное выражение восходит к евангельскому тексту «Если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: «перейди отсюда туда» и она перейдет; и ничего не будет невозможно для вас» [5, с.456]. А вот неточная цитата, передающая слова Бога перед созданием Евы из ребра Адама: Кто религиозен и кто уважает заповедь божию, тот должен знать, что «не благо быть человеку одному» Это положение обойти нельзя, ибо оно вечно, ибо это… так… (Совместители) [5, с.269].

В качестве прецедентного высказывания могут выступать отдельные слова и выражения из Библии, например: Здоровое, реальное направление нашей литературы, может быть порою заслуживающей и укоры за излишний реализм, показало нам великорусскую жизнь налицо. Мы знаем, каковы наши «ветхие мехи», затрещавшие при игре влитого в них молодого вина (Старинные психопаты) [5, с.297] (выражение «ветхие мехи» взято из библейского текста «Никто не вливает вина молодого в мехи ветхие: иначе молодое вино прорвет мехи» [5, с.454].

По библейскому признанию Сарра, жена патриарха Авраама, дожила до 127 лет: Протопопица моя, Наталья Николаевна, говорит, что я каков был, таков и сегодня; а где тому так быть! Ей, может, это в иную минуту и так покажется, потому что и сама она уже Сарриных лет достигла (Соборяне) [3, с.101].

В Евангелии от Луки есть рассказ о вдове, которая жила в городе Наине, ее сына воскресил Христос: Ну что, моя вдовица Наинская, что твой ученый сын? – заговорил Савелий ко вдове. – Варнаша мой? А Бог его знает, отец протопоп: он верно оробел и где-нибудь от вас спрятался (Соборяне) [3, с.148].

Символом прецедентной ситуации нередко оказываются предметы быта, артефакты, природные объекты и т.п. Например: В дом он их, разумеется, тоже не впустил, но велел вынесть на свой лифостротон маленький столик и на двух панычей один стул – только с тем, чтобы они не смели на него садиться (Старинные психопаты) [5, c.310] (лифостротон – каменный помост, на котором, по Евангелию, сидел Пилат во время суда над Христом); Купец стал упрашивать. – Сделай милость, - говорит, - я тысяч не пожалею и деньги сейчас вперед хоть Николе, хоть Спасу за образник положу (Отборное зерно) [5, с.76] (речь идет об иконах Николая Угодника и Спаса – это икона с изображением лика Христа).

Проза Лескова воспринималась и воспринимается как своеобразный диалог с библейскими текстами: она насыщена множеством скрытых и точных цитат, реминисценций, аллюзий, прецедентных метафор. Ср.: По предписанию о. протоиерея, нас собралось семь иереев и почти что столько же в стихирях дьячков для встречи высокопреосвященного. Все возлежали на муравке подле церкви. Некоторые, подобно Ионе, уже храпляху… Вдруг раздается тревога и производится колокольный звон, мы стремглав летим к облачениям, выстраиваемся в должном порядке и продолжаем Андреево стояние с добрые полчаса (Архиерейские объезды) [4, с.323] (Благодаря цитате у читателей возникает ассоциация с эпизодом из Библии, где Иона крепко заснул на корабле, несмотря на великую бурю. Кроме того, библейское выражение подчеркивает ироническое отношение автора к церковнослужителям, которые не исполняют  своих обязанностей во время Андреева стояния, т.е. богослужения на четвертой неделе Великого поста, предполагающее чтение канона Андрея Критского); Но это вы, господа, задумываете что-то вроде «египетской работы», - молвил некто из собеседников… Будет ли это современно? (Жидовская кувырколегия) [5, c.123]; Кто что ни говорил, а корень учения горек, да и плоды оного в России не сладки. То же и о вере. Скажите ей, что Моисей, изводя народ из неволи, велел своим унести драгоценные сосуды египтян, и мы можем хорошо воспитать нового человека только тогда, когда он похитит мудрость древних и поносится с нею, в зное пустыни, пренебрегая и холод, и жажду, и горечь мерры (Захудалый род) [4, с.170]. (Согласно Библии, при исходе из Египта евреи испытали трехдневную жажду в пустыне. Когда же они пришли в то место, где была вода, то она оказалась горькой. Это место было названо ими Меррой, что в переводе с древнееврейского обозначает «горечь» [4, с.571].)

Прославляя многие коренные черты русского характера, Лесков был далек от национального самодовольства и ограниченности. Отдавая дань здоровому национальному критицизму, писатель использует библейские цитаты, образы и развенчивает тупость и ограниченность чиновников, полицейских, военных, служителей церкви, по его словам, «разболтаев» и «цыцарей» (от слова «цыц»). Ср.: Так шло уже несколько времени, и хотя епископ неопустительно продолжал свои занятия, но они, вероятно, не оказывали желаемого воздействия на его владычные междукрылия; он все ходил, пригорбясь и насупясь и бе, яко Исав, «нрава дикого, угрюмого, ко гневу склонного и мстительного» (Мелочи архиерейской жизни) [4, с.206]; Но однако как «нет тайны, которая не сделалась бы явною», то нерушимое слово Писания и здесь оправдалось. Вскоре же все в Москве могли видеть независтную гравюрку, которая изображала следующее: стоит хиленький старичок в колпачке, а перед ним служит на задних лапах огромнейший пудель и держит на себя в руках хлыст. А старец ему говорит: «Служи (собачья кличка), но на мой двор не смей лаять. А то я заставлю тебя визжать на восьмой голос (Мелочи архиерейской жизни) [4, с.305-306]. (Этот эпизод автор тоже подает в жесткой сатирической манере, описывая конфликт между митрополитом Филаретом и полицейским генералом, который вмешивался куда не следовало и «не всегда хорошо знал пределы своей власти» (Мелочи архиерейской жизни) [4, с.295]; Его превосходительство выразил недовольство пением в одной из столичных церквей, написал письмо Филарету, требовал ответа, но генерал не умел петь, не имел ни голоса, ни слуха и не знал, что такое «восьмой глас». Дело в том, что в православной церкви и музыке есть восемь «гласов» (напевов для некоторых молитв и псалмов), еженедельно меняющихся [4, с.576].

Таким образом, в прозе Н. С. Лескова лексика конфессиональной сферы чаще используется в прямом значении. Однако ряд терминов детерминологизируется, приобретает новые значения, стилистические характеристики. Религиозная лексика и фразеология в творчестве писателя служит как для идеализации старой русской церковности (образы праведников), так и для развенчания официальной церкви, лицемерных святош и пастырей. Многообразные библейские цитаты и реминисценции характеризуют эпоху, героев, их речь, помогают выявить существенное в человеке и русской действительности.

Внимательное и добросовестное изучение лесковской языковой системы – прекрасная и поучительная школа литературного мастерства.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Лексика русского литературного языка XIX – начала ХХ века. – М.: Наука, 1981. – 359 с.
  2. Лесков Н. С. Боговедение баснописца / Н. С. Лесков // В мире Лескова. – М. : Сов. писатель, 1983. – С.364–365.
  3. Лесков Н. С. Собрание сочинений: [в 12 т.] / Н. С. Лесков. – Т.1. – М.: Правда, 1989. – 479 с.
  4. Лесков Н. С. Собрание сочинений: [в 12 т.] / Н. С. Лесков. – Т.6. – М.: Правда, 1989. – 605 с.
  5. Лесков Н. С. Собрание сочинений: [в 12 т.] / Н. С. Лесков. – Т.7. – М.: Правда, 1989. – 463 с.
  6. Троицкий В. С думой о России: [вступ. статья к собр. соч. Н. С. Лескова] / В. Троицкий. – Т.1. – М.: Правда, 1989. – С.3–44. 
Перейти в архив


Новинки видео


Другие видео(83)

Новинки аудио

Our hands have met Tomas Hood. Музыка и исполнение Ольги Слободкиной-von Brömssen
Аудио-архив(97)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход