Русско-украинское языковое взаимодействие как фактор формирования оскольских говоров

Дата: 15 Июля 2015 Автор: Шубина Наталья

Оскольские говоры, относящиеся к особой межзональной группе [Захарова, Орлова 1970: 139], представляют значительный интерес в том плане, что их лексическая система отражает как процесс становления и развития южнорусского наречия в целом и ее межзональной группы, так и специфику формирования региональной культуры. В то же время языковые факты рассматриваемых говоров помогают проявить специфику исторического взаимодействия двух родственных языков, функционирующих на сопредельных территориях.

Диалектное слово (в его семантике и фонетическом оформлении) интересно и в историко-лингвистическом плане, так как история слова, отражая развитие народных представлений о мире, всё же в первую очередь позволяет представить исторический процесс развития языка. Так, наименования жилых построек и их частей включают в себя лексические элементы, указывающие на разные этапы и процессы, пройденные и протекавшие в рамках всего русского языка как части славянского языкового ландшафта – от индоевропейского языка через периоды общеславянского и древнерусского языка, через формирование, на основе объединения двух восточнославянских наречий, собственно русского (“великорусского”) языка с его пестрым диалектным ландшафтом, отображающим этно-исторические процессы эволюции русского языка, его духовной и материальной культуры. Например, в оскольских говорах представлена лексика жилых построек, восходящих к общеславянскому языку (дом, двор, пол, печь, кут, лавка, верх), в то же время обнаруживается связь с тюркскими языками  в таких номинантах, как анбар,чердак, чулан, сарай, а лексемы пунька,клуня в оскольские говоры были поставлены балтийскими языками.

Одним из источников влияния на оскольские говоры является украинский язык, носители которого активно заселяли территорию Белгородчины [Загоровский 1969, Никулов 1997] и принесли сюда, естественно, элементы своей материальной и духовной культуры, отразившиеся в таких номинантах, как хата, грýба, кóмнать, комнáтка, долúвка, прызбица и др. В русских говорах Поосколья мы встречаем такие слова, как мыска, вышня, вышник. Носители литературного языка, понимая без труда значения таких слов,  зачастую характеризуют подобное произношения как неправильное. Но следует обратиться к истории полумягких согласных в древнерусском языке, и мы обнаружим в таком звуковом оформлении следы украинского языка (для которого характерно отсутствие вторичного смягчения полумягких согласных) [Горшкова Хабургаев 1981: 53 - 57].

В Старооскольском районе много населенных пунктов, которые возникли как украинские поселения в XVII—XIX  веках. На Белгородских землях расселились две этнические группы — южновеликоруссы и выходцы с Украины. Постепенно под влиянием общих исторических и социальных условий происходила этническая и культурная интеграция выходцев из разных районов России и Украины: происходило обрусению поселившихся на наших территориях украинцев, и в тоже время  русские приобретали малороссийский облик. Однако население сохраняло специфические особенности в различных компонентах культуры, в том числе и в языке.

Взаимодействие русского и украинского языков отмечалось неоднократно в работах, посвященных этой проблеме [Котков 1970; Солонская 1967; Ляпунов 1968; Кардашевский 1958]. Русские говоры Белгородской, Воронежской, Курской областей стали проводниками украинского влияния на южнорусское наречие, т.к. находясь на территории России, они не испытывали потребности в самосохранении. В то же время исконно украинские говоры, стремящиеся сохраниться в иноязычном окружении, все же осваивали те слова, которые употреблялись в речи русских людей.

Сравнивать лексические системы говоров в целом практически невозможно. Для того, чтобы выявить общность и различие в наборе и функционировании слов, целесообразно проводить сравнение на какой-либо определенной тематической группе слов. Например, тематическая группа «название предметов посуды» или «наименования построек», слова которых в первую очередь выполняют номинативную функцию.

Среди лексем тематической группы “названия посуды” в говорах Старооскольского района встречаются заимствованные из украинского языка. Например, слово чапля (// Для скаваротки чапля была//), егоможно рассматривать как производное от украинского глагола чапать в значении “хватать”.

В наименованиях помещений жилой постройки в русских и украинских говорах встречается словокомнáтка  «небольшое помещение в жилой камере, расположенное за русской печью, отделенное от парадной части перегородкой, занавеской или мебелью и служащее спальней». [/Эта камн/атка /  теп/ерь-та  сп/альня /  там две к/оички  да-сунд/ук  у-н/ей / халст/ы  мы туд/а склад/али //][/Если стр/оица двойник / таγда и  есть  комн/атка / за-п/ечкю-та  // ан/а м/аленьная  /   ж/ыли-та ск/удна //].

В говоре с. Городищенами была зафиксирована в указанном значении лишь форма с суффиксом -к- – комнáтка, являющимся формальным показателем семы «небольшой размер».

Особое значение  слова комнáтка рассматривает В.И. Даль, отличая  данное наименование  от его производного по значению: «Кóмнатаж. покой, горница, часть дома, отделенная стенами или перегородками; ... В среднем быту кóмнаткаили комнáтка,спаленка, покойчик в боку, в стороне; кладовая, чулан, комóрка.» [Даль II: 147]. Такое же значение слова комнáткаотмечается и в соседних русских (с. Знаменка, с. Солдатское), говорах Староосколья: [Вот приснúца сон/ мол жанúх прúдет у-камнáтку и-бýдет чулóк с-наγé ст/яγивать / а-жанихá у-камнáтку нéльзя пускáть / хтó-зна харашó-ли хýда-ли // Камнáтка-та тóка спáли / туд/ы чуж/ыи-та не-бывáют //] ( Знам.).

Наименование комнáтка в его данном акцентологическом оформленииявляется производным от украинского слова кiмнáта, которое хорошо известно  в генетически украинских говорах, например, в говоре соседнего хутора Петровского: [Пóлык був в комнáте/ Стовб/ы забывáлы и-дóскы клáлы//].В отличиеотобщепринятого русского акцентологического варианта, вариант комнáтапринадлежит исключительно системе диалектного языка и отмечается во многих южнорусских говорах,  подвергающихся влиянию украинского языка [Денисевич 1959: 107].

Кóмната и комнáта - заимствования из одного источника [Фасмер II: 304], однако пути проникновения в лексику национального русского языка у данных лексем различны. Русский литературный язык заимствовал название средненижненемецкого языка, где ударение было на начальном слоге, как показывают формы kemmet, kommet. А.Г. Преображенский отвергает заимствование этой формы из польского, поскольку противоречит ударение  [ПреображенскийI: 380]. Иной путь у диалектной формы: она заимствована через украинский язык именно из польского [Фасмер II: 304]. В русском говоре, возможно, произошла лексикализация акцентологического варианта: фонетическое различие перестало быть явлением фонетической системы и стало восприниматься носителями диалекта как различие на лексическом уровне.

Освоение украинизмов по-разному шло в лексических системах отдельных говоров. С одной стороны, слова украинского языка вошли в лексику русских говоров и хорошо известны в исконно русских селах. Например, слова макитра, чапля, цыбор, припечек отмечены во многих населенных пунктах Поосколья. С другой стороны, у заимствованных слов в разных говорах отмечается расхождение в семантике. Например, слово макитра зафиксировано во многих населенных пунктах Старооскольского района, но в одних населенных пунктах оно употребляется в значении “специальная посуда для приготовления кваса” (с. Верхнечуфичево), в других – в значении “глиняная посуда для приготовления или обработки в печи жидких и полужидких блюд, продуктов” (с. Городище), в третьих – в значении “глиняная посуда для замешивания теста” (х. Петровский,                              с. Обуховка). Как показывают наши наблюдения, лексические заимствования из украинского языка вызывали в лексической системе русских говоров процессы, формирующие синонимию, полисемию, омонимию, в том числе и междиалектные разновидности.

В настоящее время активное изучение русских народных говоров способствует не только сохранению ценнейшие сведения о развитии русского языка, но и помогает ответить на многие вопросы, связанные с историей народа, взаимоотношениями славян с другими народами, помогает решить многие историко-культурные загадки. Всестороннее исследование каждого говора дает реальное представление не только о внутренних языковых процессах, так и о внешних социальных факторах, которые, взаимодействуя, определяют развитие национальных языков. Если же учесть, что именно на территории современного Поосколья пролегает значительный отрезок северо-восточного пограничья русско-украинской этно-языковой территории, важность диалектологического изучения этой местности и для украинского, и для русского языкознания возрастает.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Горшкова К. В., Хабургаев Г. А. Историческая грамматика русского языка: Учеб. пособие для ун-тов. — М.: Высш. школа, 1981. – 359 с.
  2. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: В 4 т. – М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей,  1956.
  3. Денисевич Г.В. К истории образования говоров с украинской основой на Курско-Белгородской территории // УЗ Курского пединститута (гуманитарный цикл).  вып. IX. – Курск: кгпи, 1959. – С. 90-94.
  4. Загоровский В.П. Белгородская черта. Воронеж: изд. Воронежского университета, 1969. –  304 с.
  5. Захарова К.Ф., Орлова В.Г. Диалектное членение русского языка.  М.: Едиториал УРСС, 2004. –176 с.
  6. Кардашевский С. М. О лексике курско-орловских говоров, общей с украинской и белорусской // Уч. зап. Московского областного педагогического института, т. 48., Труды кафедры русского языка, вып. 4. –  М., 1957.  – С. 62- 152.
  7. Котков С. И. Очерки по лексике южновеликорусской письменности XVI-XVIII веков. М.: Наука, 1970. – 315 с.
  8. Ляпунов Б.М. Древнейшие взаимные связи русского и украинского народов и некоторые выводы о времени их возникновения как отдельных лингвистических групп  // Русская историческая лексикология. – М.: Наука, 1968. – С. 163–202.
  9. Никулов А.П. Старый Оскол. (Историческое исследование Оскольского края.) – Курск: ГУИПП «Курск», 1997. – 576 с.
  10. Преображенский А.Г. Этимологический словарь русского языка: В 2 т. – М.: Гос. изд-во ин. и нац. словарей, 1959.
  11. Солонская Г.Т. Украинские говоры Воронежской области. Автореф. дисс….канд. филол.наук. – Харьков, 1967. – 26 с.

 

Перейти в архив


Новинки видео


Другие видео(83)

Новинки аудио

Our hands have met Tomas Hood. Музыка и исполнение Ольги Слободкиной-von Brömssen
Аудио-архив(97)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход