Равнодушие или, В плену Иалдаваофа

Дата: 17 Ноября 2014 Автор: Калуцкий Владимир

   Возраст ли тому причина, а может - познания, которые, как известно, умножают скорбь, но с годами всё ощутимее зыбкость почвы под ногами. Звучание сфер слышится всё тоньше и четче, и от того беспомощность перед мирозданием начинает уже не давить, а как бы выдавливать за поверхность бытия. И потому всё чаще езжу в курские леса, за городом Курчатов, к затворнику Иллариону. Двадцать лет назад привел меня в затвор скульптор Вячеслав Михалович Клыков, и с тех пор я окормяюсь у старца - столь же молчаливого, сколь и приветливого. Езжу два раза в год. О. Илларион молча, встречает, молча, проводит в молельную комнату, где я усаживаюсь на некий сундук, покрытый чем-то похожим на старинное боевое знамя. Я сижу, а затворник молится - очень тихо, стоя у невысокого аналоя совершенно неподвижно.

   Так проходит час. Потом о. Илларион указывает мне на дверь - и мы расстаемся так же без слов. Но слов и не надо - я заряжаюсь здесь, как танк заправляется горючим. Не могу объяснить чуда такого общения, но оно - чудо.
   Неделю назад позвонила из Нового Оскола Елена Голотовская. Пригласила на фестиваль "Бабье лето". И я вдруг почувствовал, что ехать мне туда не с чем. В душе - пустота, в мыслях - белый лист. А ехать на пиршество поэтов с порожней душой не имеет смысла.
И за крепостью духа отправился я к отцу Иллариону.
А он болеет. С весны двор запущен, умерла его помощница Дарья Матвеевна. Всегда у него было много народа, а тут - никого. Меня увидел, вроде даже поморщился. Я уж пожалел, что приехал. И что мои сомнения перед его бедой?! Но затворник поднялся с диванчика, и за все годы знакомства впервые заговорил со мной. Даже не так. Говорил он. Я лишь вставил вопрос - можно ли включить диктофон? Он коротко кивнул: можно.
   И теперь я сижу, и гоняю цифры счетчика записи в обе стороны. Это надо не просто слушать. Это надо изучать. Запись большая - на полтора часа. Кому интересно - перешлю. Здесь же попробую сжать речь отца Иллариона до размеров пружины.
   Но бойтесь! Пружина может разжаться неожиданно и ударить больно. 


- Вы приехали в часы сомнений. Вы теряете себя, находя в душе присутствие и ангелов, и бесов. И вы понимаете, что они - это вы, хотя усилием воли вам хочется остаться с Господом. Но я вам скажу, что такие же чувства испытывают все живые люди. Философы, да и богословы, объясняют это дуализмом мироздания. Принято считать, что всем происходящим управляют добро и зло. Две силы. Белое и черное. И вы, чувствуя, что заваливаетесь на поле зла, поспешили искать поддержки у меня.  

Увы, я тоже простой человек, и тоже подвержен всем страстям и порокам. И мне удается - если удается - удержаться на поле добра, то только усердной молитвой и просьбой к Господу не оставлять меня в минуты сомнений.

   Но на самом деле, если бы миром управляли всего две силы - это было бы еще полбеды. Но в мире есть третья сила - столь же мощная, как Бог и дьявол. И надо молить Бога, чтобы Он не отдал нас ей в руки.    Ибо сила эта - равнодушие.
   Это только на первый взгляд оно - безопасное слово. На деле же за ним стоят такие же Силы небесные, как Воинство Саваофа и Нечистая сила.
Настоящее имя равнодушию - Иалдаваоф. Это сущность, равная Богу и дьяволу, и стоящая между ними. В первые века христианства, да и даже еще в средние века, богословский мир очень плотно занимался воздействием Иалдаваофа на людей. Это шло еще от гностиков античности, и, наверное, поэтому со временем выведено из круга обучения в наших академиях. А напрасно.
Кто же он - этот Иалдафаваоф? Если помните - в дни Творения при Боге была худодница - София. Именно её замысел воплотил Господь в Мироздании, и именно София является сутью, не рожденной, и не сотворенной Богом.
   И вот представьте. Бог сотворил мир, которым и правит. В мире появился отколовшийся ангел, ставший Дьяволом. Ему в управление Бог отдал проклятую Им землю.
Вроде бы налицо две сущности Бог-Добро и Дьявол - Зло.
Но ведь за пределами Добра и Зла осталась забытая нами София!
А она действовала. Там вокруг неё много чего происходило, но нам интересен один момент. София, как женское начало, чувствовала в себе необходимость материнства. Но родить она не могла ни от Бога, ни от дьявола, ибо тогда перестала быть Мудростью, приняв одну сторону Дуализма.
И она зачала от собственной мысли. И родила того самого Иалдаваофа, который оказался не в родстве ни с Богом, ни с дьяволом. Но по возможностям своим, по способностям к эманации он ни в чем не уступает Творцу.
Однако, происходя от Премудрости, он не является лицом Дуализма. Иалдавалоф - ни добро, ни зло. Он - равнодушие, нейтральная скорость, щит между добром и злом.
Но это бы еще ничего, если бы Иалдаваоф не решился вмешаться в жизнь человеков. А у него - свои взгляды на Спасение. Иалдаваоф всегда следил за действиями Дуэта, и всегда пытался по своему влиять на мир. Это его, скажем так, агенты - тоже советовали людям загружаться в ковчег Ноя. А потом, рядом с Христом, он пустил в Палестину своего мессию - Аполлония Тианского. Этот Аполлоний полностью повторил судьбу Иисуса, хотя никто не знает, как и от кого, он родился, как и где умер. Но точно известно, что он ходил по тем же местам, что и Христос, и почти с такими же проповедями. Но это была, скорее игра в Мессию, чем сам мессия.
   И так, если мы проследим в столетиях, паства Иалдаваофа живет и здравствует и поныне. Например - кто такие актёры? На первый взгляд - лжецы, ибо обманывают, выдавая себя за других. Явное зло. Но ведь они честно признаются, что обманывают. И это уже не зло.
Но и ещё не добро. Актеры - люди Иалдаваофа. Его паства. Или вот композиторы. Эти - соТворцы, люди Бога. А вот музыканты и певцы, исполняющие их симфонии и песни - уже суть между добром и злом.
Или священники. Люди добра. Но лишь до тех пор, пока их устами говорит Бог. Но только священник остывает, служит ради службы - он уже в области равнодушия, в церкви Иалдаваофа. И тут очень тонкая грань. И я, как монах, часто заваливаюсь за нее.
Наверное, то же случается и с обычными людьми. Равнодушие - смерть души. Помните, как в 72-м Псалме написано о равнодушных: "И нет им сомнения при жизни их. И выкатились от жира глаза их"?
Собственно, при здравом рассуждении, равнодушие лучше прямого зла. Но это только на первый взгляд. Раскачивание мироздания на весах Добро-Зло придает сущему движение. А движение и есть путь от погибели к спасению. Или наоборот. Но - путь.
   Третья сила - топтание на месте. Вот и вы приехали ко мне, потому что остановились. Сейчас вы - ни Добро, ни Зло. Вы в плену Иалдаваофа. И тут ни я - никто вам не поможет. Идите к людям. Спорьте, деритесь, ошибайтесь, но не впадайте в уныние. Уныние - всегда искушение совершить зло. Но уж лучше зло, чем НИЧЕГО.


... Через три дня я был на фестивале. Не спорил, не дрался, не ошибался, кажется. Но очень хотелось. И я уже не держу себя, начав колотить посуду в Интернете. Не знаю - правда ли в этом, за которую гонимые наследуют царствие небесное, или беснование, обрекающее на вечный огонь, но уж точно - не равнодушие. Если Иаков боролся с Богом, я попробую не поддаться Иалдаваофу...


Перейти в архив


Оценка (0.00) | Просмотров: (732)

Новинки видео


Другие видео(90)

Новинки аудио

Сиреневый вечер. музыка и исполнение - Сергей Красоткин, стихи Ольги Шушковой
Аудио-архив(98)

Альманах КЛАД Газета  Русская ярмарка талантов
© 2011-2014 «Творческая гостиная РОСА»
Все права защищены
Вход